Сергей Вакула

Дисциплина балета и свобода актёра

Сергей Вакула — молодой человек, прошедший через серьезные жизненные испытания (тяжелая травма, вынужденный переезд, финансовые трудности), но не сломавшийся. Его отличает упорство, способность находить силы в сложных обстоятельствах и принципиальность. Он ценит простоту, человечность и дисциплину, стремясь в профессии не к звездности, а к искренности и ответственности.

Сергей, ваш путь в искусство начался с профессионального балета. Как вы думаете, что дисциплина и физическая выносливость, заложенные в балете, дали вам сегодня как актеру?

Ну, как раз эту выносливость и дисциплину некую дали, конечно, в актерской профессии, но больше, наверное, просто то, что я стал более пластичным изначально, вот и как бы эту пластику больше развили.

В 14 лет вы сломали тазобедренный сустав и были вынуждены уйти из балета. Как вы пережили тот момент, когда одна мечта рухнула, и как пришли к новой — актерской?

Когда случился перелом, я полгода лежал в кровати, потом, ну, у меня атрофировалось все, мне делали массажи разные, потом я заново учился ходить около двух недель. Ну, я дальше не знал, что, как, чем заниматься, что делать. И потом в какой-то момент, вот, когда школу окончил, поступил в юридическое, и какое-то, не знаю, прозрение: а почему не попробовать? Потом, когда попробовал в одной студии, и понял, что это очень тяжелый путь, нужно уделять этому намного больше времени, и как бы с тех пор все и началось.

Мариуполь — Москва. Вы родились в поселке под Мариуполем. Как малая родина повлияла на вас? Что из того опыта и тех мест вы несете в себе до сих пор, находясь в Москве?

Да, я родился в поселке Володарское, 20 км от Мариуполя, на машине буквально за 10-15 минут доезжаешь, там прямая трасса. Ну, как бы поселок, обычные, простые люди. Ну, какую-то простоту в себе несу, не позволяю себе какую-то звездность ловить либо еще что-то, чтобы какая-то самооценка моя превосходила больше кого-то. Ну, такого нет, я это сам презираю и не люблю этого. А как бы в поселке, да, в детстве, там постоянно драки какие-то, вот ты дрался, да. Ну, так поселок, там по-другому нельзя было. А здесь, когда тебя вынуждают, провоцируют на драку, не, ну, здесь уже по-другому. Если сравнивать ту жизнь в Мариуполе, в Володарске, когда после военной операции так сложилась судьба, что я сюда переехал в Москву, это две разные жизни, два разных меня.

Вы переехали в Москву в очень сложный период, «в разбитом состоянии», столкнувшись с необходимостью искать и жилье, и работу. Что было самым трудным тогда и что давало силы не сдаваться?

Самым трудным было абсолютно все, потому что нужно было решать с документами. Жил я у друзей родителей, и там у них сын, я с ним с детства как бы знаком, и вот спасибо им, они меня очень поддерживали, потому что я уже тоже срывался, уже думал, может, все-таки за границу куда-то уехать. Но потом понял, что за границей — это другая страна, другой менталитет, другие люди, и будет намного тяжелее, и что, ну, мое место не там. И как ты решал бытовые проблемы, как ты искал квартиру, это все было несложно? Нет, это, конечно, было сложно. Искали мы квартиру где-то месяцев пять, и параллельно как бы работку какую-то, подработку, искал. Нашли, вроде, чайным мастером пойти работать, пошел, неделю я отработал, в итоге владелец вон запил, ну, я решил, что надо бежать оттуда, и заплатил он мне, сначала вообще не хотел платить, а потом заплатил все-таки за половину недели. А сейчас где ты подрабатываешь? Сейчас — в Москино, всякие интерактивы, какие-то сценарии либо отрывки из разных фильмов, если есть заказ, либо спектакль пластический играем.

МХАТ vs ИТИ. Вы поступили во МХАТ, но не смогли там учиться из-за финансов. Затем успешно поступили в ИТИ им. Кобзона. Как вы восприняли этот резкий поворот судьбы? Возникало ли чувство обиды или, наоборот, вы увидели в этом какой-то высший смысл?

Ну, не то чтобы обиды, ну просто, когда я не смог, ну, когда мне сказали, что нет, вот деньги надо платить, и все, никаких привилегий, я понимал, что нет такой возможности, потому что тогда у родителей вообще работы не было, и как бы даже и сейчас трудно, но все же. И у меня опять опустились руки, я не знал, я думал, ну, что все, я просто буду на какой-то работе повседневной, пять и два работать, и все, и ничего. И кто-то из знакомых мне скидывает документ, что Дмитрий Валентинович Томилин, ректор института ИТИ имени Кобзона, он соглашается на вот выдачи льготу вот таким гражданам, как я, гражданам освобожденных территорий, да, да. Вот и я, недолго думая, как бы, ладно, все рискую, записался ко всем мастерам, ко всем прошел, но выбрал вот Афанасьева.

Вы говорите, что поступили в мастерскую Афанасьева «очень удачно». Почему? В чем заключается особенность обучения именно у этого мастера?

Почему? Да, не знаю, как бы, возможно, глупо это, ну, может, почувствовал, как-то почувствовал, что родного человека. А тебе что важнее вообще: профессиональные его наработки какие-то (ты его в театре видел до этого? Конечно, конечно) или же человеческие качества? Ну, это должно, в этом должен быть баланс, чтобы и человек был хороший, и прекрасно и как играл, преподавал. Но мне кажется, Валерий Алексеевич с этим прекрасно справляется. А вот ты стал говорить про льготы, ты совсем ничего не платишь или просто платишь? Я плачу десять процентов от суммы, да, ну, там выходит где-то за год сорок с копейками. Скажите, пожалуйста, а в чем заключается особенность обучения у Валерия Алексеевича? Особенность — ну, в первую очередь, это дисциплина, а во-вторых, он к себе расположил, и с каждым его появлением, что очень хорошо, потому что он к нам часто приезжает, мы часто с ним работаем, и он нас учит не только актерской профессии, но и человеческим качеством, и как не забывать и оставаться человеком при всем при этом. А какое, по его мнению, или по-твоему, исходя из общения с ним, самое важное человеческое качество для актера? Быть искренним, быть ответственным и не бояться слегка дурачиться.

Вы Водолей — знак, известный своей оригинальностью и нестандартным мышлением. Помогает ли вам это в актерской профессии? В каких ролях вы чувствуете себя наиболее «своим»?

Ну, не знаю, воздействует ли это как-то, то, что я Водолей, ну просто, если какая-то мысль либо фантазия (люблю фантазировать), и просто идея вот где-то витает, потом раз мне в голову попадает, и я через уста говорю ту или иную мысль, возможно, даже в чем-то тормозит меня из-за того, что я Водолей, не знаю. В каких ролях ты чувствуешь себя своим? Ну, Довлатов мне очень так по душе, почему? Да, мы, когда начали копать эту роль, углубляться, и я очень много для себя схожего открыл в его характере. Вот какая-то такая жизненная позиция, вот, ну, да, очень многое нашел. Но он очень ироничен, тебе свойственна ирония? Да, но, мне кажется, у него больше иронии, у Довлатова, чем у меня. И, ну, как бы вот, когда играем спектакль или Довлатова, то я просто про все забываю и как будто бы я вот другую жизнь живу, и потом к себе возвращаюсь. Как будто ты маску надеваешь? Маску надеваю, да, но при этом это я очень такое знакомое, не знаю, как, частичка от меня отделяется, отыграл, и потом она обратно в меня.

После ухода из балетного коллектива вы пришли в театральную команду. В чем, по-вашему, принципиальная разница между балетным кордебалетом и актерским ансамблем?

Ну, даже не знаю. Ну, во-первых, это в юношестве был балет, сейчас-то мы уже повзрослели все. Ну там, как бы, дисциплина, и больше, я даже не знаю, как сказать, потому что в актерстве на нашем курсе Афанасьева тоже очень много физической подготовки, танцев, обучение. А психологически балетное чем отличается от актерского? Даже не знаю. Мне кажется, что в балете ты вот гнешь свою линию, ты понимаешь, что мне нужно: так-то, так-то, так-то, у станка, мне нужно эту партию сделать, это, это, ну точно, так же и в танце, как бы, вот и все, и только усовершенствовать, а, чтобы усовершенствовать, надо постоянно оттачивать и повторять. А в актерстве тут нам, конечно, очень сильно расшатывают психику и морально, и физически, вот, очень. Возможно, хорошо говорят, когда у хорошего актера, если у него за всю жизнь много происходило, если он много проживал, то у него как бы глаза другие, он даже может ничего не говорить, а в глазах уже все есть.

Какая роль на данном этапе является для вас вызовом или мечтой? Возможно, это персонаж, к которому вы пока не чувствуете себя готовым, но очень хотите сыграть в будущем.

Ну, как бы сейчас роли, которые имеются, они, ну, вот они есть, да, конечно, над ними производится работа, такой обучающий момент. Кого бы я хотел сыграть? Мне вообще нравится антагонистов играть, не знаю почему. Ну, есть какой-то образ антагониста, который тебе прям вау, как интересен: Мадс Миккельсен, актер. Вот есть с ним сериал «Ганнибал» Лектер. Вот он очень такой изысканный, вежливый, интеллигентный, но при этом совершает страшные вещи, и это завораживает. Он подходит к своим, так скажем, убийствам, жертвам, не как факт того, что он делает, а как, что это часть искусства, тоже та же смерть — это тоже искусство, а не просто, ну, умер и умер. Вот такой опыт тебе бы хотелось? Ну, да, но это вот что первое в голову пришло.

Ваша биография говорит о том, что вы не боитесь признавать трудные моменты. Как вы думаете, способность быть уязвимым, быть «разбитым» на сцене — это сильная или слабая сторона актера?

Я считаю, что понятно, что очень сложно, конечно, и актеры по большей части они много обижаются, расстраиваются там, не верят в себя и так далее, злятся на что-то. Я думаю, что вот эту вот всю злость, все какие-то плохие дни либо плохие моменты нужно это принять и сказать себе, что вот я теперь эту плохую энергетику, энергию, я назло сделаю, да, я назло сделаю лучше. И потом.

Вы на выпускном курсе. Какое главное открытие о себе и о профессии вы сделали за эти годы учебы? И с какими чувствами смотрите на предстоящий выход из стен института?

Я, наверное, осознаю, что мне будет тяжело, потому что мне будет очень тяжело, потому что, ну, как бы, общение как бы дается нормально, хорошо, но при этом я не люблю, когда вот много народу, все говорят, шумят, и что-то вот нужно рассказать там, и так далее. Мне очень проще услышать, что от меня хотят, и выйти сразу же и показать это, доказать делом, не словами. Ну, и не знаю, может, человек за справедливость какую-то, но она особо не нужна, если ты хочешь как-то дальше двигаться, но я буду стараться двигаться со своими принципами, какие.

Какие у вас планы на ближайшее будущее после окончания ИТИ? Есть ли конкретные театры, проекты или режиссеры, с которыми вы мечтаете работать?

Театры есть, ну, возможно, сейчас как бы сложно попасть прям в труппу, если хотя бы по договору, по договору, да, на какой-то контракт, в какие-то спектакли, допустим, в каком театре. Ну, либо это театр Маяковского, либо театр Гоголя. А Малый ты не упоминаешь, своего мастера? Ну, если так, там как бы особо не берут, там с Щуки и Щепки принимают студентов, они сначала в массовке, а там как они себя поведут, и дальше пойдут. Ну и, конечно же, ну, сниматься в кино, возможно. Ну, как бы, открыть для себя тоже эту грань, потому что совсем другое. Какой-то есть любимый режиссер? Тарабаев. А что он поставил, снял? «Фишера», «Аутсорс», понятно.

Вы упомянули, что принимаете участие в мероприятиях института. Какой из таких внеучебных проектов запомнился больше всего и почему?

Ну, не знаю, наверное, самое запоминающееся, это когда мы ездили в Питер, в ARGESИ, представлять свой институт на пластическом фестивале. Вот мы делали с Кристиной Колкевич постановку собственную, вот которую сделали нам, помогал и сопровождал нас и вдохновлял Станислав Иванович, как, господи, фамилия? Климов. Это ваш педагог по пластике? По пластике, да. Вот, и, конечно же, «БРИКС» в этом году. Да, и в том, и в этом, все как бы запоминается, потому что так отделяется неделя либо две, и ты вот полностью вот в этом, как в кастрюле, варишься, как какой-то суп-блюдо, потому что разные страны, разные люди, разные менталитеты, и вот, и разные работы, которые привозят, и мы можем на них смотреть.

Совет себе из прошлого. Что бы вы сказали себе 2017 года, тому парню, который только что окончил школу и «понял, что всё не так просто»?

Я бы сказал себе: «Сереж, надо быть сильнее, надо быть крепче и ни в коем случае не опускать руки, что бы ни произошло».

Фотографии предоставлены героем публикации.