Сергей Холмогоров

Актёр на передовой: искусство как поддержка

Сергей Валерьевич Холмогоров — актёр театра и кино с почти полувековым стажем, прошедший уникальный путь от боязни сцены до узнаваемых ролей в кино и возвращения в театр в зрелом возрасте. Это человек огромной жизненной силы, преданный своему делу, для которого профессия актёра — не только призвание, но и необходимость служения людям, особенно ярко проявляющаяся в его поездках с концертами в зону СВО. Его история — пример верности себе, упорства и понимания, что настоящее признание приходит вместе с возможностью быть разным на сцене и на экране.

Сергей Валерьевич, вы начинали с фразы: «Я не собирался в артисты, боялся сцены». Что же стало тем переломным моментом, когда «как-то само собой получилось» поступить в театральное училище?

Да. Я в самом деле пугался выходить на сцену. Когда учился в школе, где-то в классе пятом, после того как вдруг впал в панику, в ступор, играя какую-то роль в новогоднем спектакле, который с нами поставила классный руководитель. И всё… Я и к доске выходил в этом жутком состоянии, когда нужно было отвечать урок. Но потом во дворе с ребятами выучил три аккорда на гитаре, стал играть и петь какие-то дворовые песни, и у меня это стало неплохо получаться, появились свои слушатели, зрители. Я рос, меня мои одноклассники вовлекли в Клуб юных коммунаров, это происходило в моём родном городе Соликамске. В Клубе юных коммунаров меня выбрали командиром отряда «Природа», я вдруг почувствовал себя уверенно. Свободно что-то со всеми вместе придумывал, творил и где-то даже был вынужден верховодить, ну если… командир. А ещё я одновременно стал заниматься в секции самбо. Ну и физически ощутил себя свободным, здоровым во всех отношениях человеком. Я уже учился в восьмом классе. И вот тут… из соседнего со школой ДК «Бумажник» появилась заведующая отделом культуры и стала меня уговаривать помочь им в постановке спектакля «Белоснежка и семь гномов», сыграть роль Принца. Я, помня то жуткое состояние, которое было у меня на сцене в спектакле в пятом классе, руками и ногами отталкивался от этого предложения, но потом убедила просьба помочь, больше некому, только ты… И я сыграл этого Принца и вдруг… о чудо! Мне понравилось! А потом были следующие принцы, королевичи и главные роли в спектаклях народного театра и успех в этих ролях. Заканчивая школу, встал вопрос, куда идти учиться дальше? Были сомнения в выборе театрального вуза, я объявил родителям, что хочу поработать до армии вместе с ними на Соликамском бумкомбинате, а после армии уже определюсь, куда идти учиться дальше. На что мама с папой настояли, чтобы я не терял время и поступал в любой институт или техникум, училище, который сам выберу. Я выбрал ЛГИТМиК, съездил в Ленинград, дошёл там до второго тура, благополучно слетел и вернулся домой, говоря родителям: «Ну вот… иду работать на бумкомбинат!» И опять слышу от них: «Нет! Поступай куда хочешь, но только поступай!» Открыл газету «Комсомольская правда» и обнаружил там объявление: «Свердловское театральное училище набирает курс актёров драматического театра». А там я прошёл все вступительные экзамены на ура и был принят на курс Юрия Ефимовича Жигульского. В конце первого курса, а точнее 20 мая (19 мая 1972 года мне исполнилось 18 лет) меня забрали в армию. Отслужил два года в нештатном взводе-ансамбле МВД Свердловского округа и вернулся опять в театральное училище на курс Вадима Михайловича Николаева и в 1977 году благополучно его закончил. Вот как-то так само собой получилось, что я стал артистом.

За карьеру вы сыграли около 100 ролей в театре. Какая из ролей того, «до-киношного» периода стала для вас самой важной, школой актерского мастерства, о которой вы вспоминаете до сих пор?

Работая в театрах Владимира, Калуги, в Горьковском театре драмы, который находился в городе Арзамас-16, я сыграл около 100 ролей в спектаклях, поставленных по пьесам классиков и современных драматургов. Было много интересных ролей, но, пожалуй, самые запоминающиеся и важные — это те, которые я играл в спектаклях, поставленных режиссёром Ивановым Владимиром Михайловичем. Для меня встреча с ним послужила вектором на всю дальнейшую работу на сцене. А с ним я сыграл такие роли, как Лесоруб Самара в спектакле «Деньги для Марии» во Владимирском театре драмы, роль Лузгина в спектакле «Фальшивая монета» по пьесе М. Горького на сцене Горьковского театра драмы и ещё ряд ролей. А также важной для меня работой стал моноспектакль «Собачий вальс в двух тактах на одну тему», который я поставил сам по пьесе моего однокурсника и друга Николая Коляды «Бенефис».

В 1997 году вы приняли тяжелое решение уйти из театра, чтобы прокормить семью. Что было самым трудным в тот период — расставание со сценой или поиск себя в совершенно новой, бизнес-среде?

В лихие годы так называемой перестройки, в конце перестройки, мне как-то стало скучно в театре, был сложный период, когда всё в театре не нравилось. Мой друг режиссёр Иванов в то тяжёлое время остался без театра, без работы, а другие режиссёры на тот момент мне были просто неинтересны, впрочем, наверное, как и я сам для них. Так бывает на театре, и это нормально. И я ушёл из театра, из Владимирского театра, последние восемь лет я опять работал там. Решил заработать денег, а уж потом… может быть… опять вернуться в профессию.

Вы упомянули опыт создания гуталиновой фабрички. Это звучит как сюжет для комедийной пьесы! Не могли бы вы поделиться каким-нибудь забавным или, наоборот, драматичным эпизодом из той, «не-актерской» жизни?

Четыре года в компании с двумя друзьями варили гуталин под маркой «ВиГиС» — Виталий, Гинадий, Сергей. Но это нас не обогатило, но закалило, потому как было всё, что происходило в эти лихие девяностые. И стрелки с разборками, и погони, и нож, приставленный в бок, но всё закончилось хорошо, остались живы и слава Богу!

Ваш путь в кино — это история большого трудолюбия: «стал стучаться в двери «Мосфильма» и потихоньку от маленьких ролей…». Как вам удалось сохранить мотивацию и не разочароваться, проходя через эпизоды и массовки?

И вот… миллениум! А я не знал, куда податься, чем заняться? Жена с подругой стали шить женские пальто, помогал им с доставкой тканей и продажей этих самых пальто, торговал на рынке, но понимал, что заниматься этим постоянно не в силах. Один мой хороший друг, видя мои терзания, вдруг говорит: «А чего ты маешься, Москва рядом! Там кино снимают! Поезжай туда, пробуй!» Позвонил Саше Дедюшко, мы с ним, да и со всей семьёй, с Димкой, Светой были в добрых, дружеских отношениях. Саша дал мне несколько контактов киношных агентов, и вот я стал стучаться и… нагло напрашиваться на съёмки. Сначала это были чуть ли не бессловесные массовки, групповки, но это было безумно интересно! Я постоянно бегал на пробы, узнавал от друзей-киношников, которых становилось всё больше и больше, таких же голодных до кино, как я, где и что снимается, и мчался туда. И вот появились эпизодики, небольшие рольки, роли второго плана и… первые главные роли.

Сейчас в вашей фильмографии почти 300 ролей. Есть ли среди них персонаж, с которым вы себя особенно ассоциируете, который вам особенно дорог или, возможно, был самым сложным вызовом?

Я сам удивляюсь, когда смотрю на свою фильмографию, что всё это моё! Я ни от чего не отказываюсь. Да, там были и незначительные, слабенькие персонажи, но это естественно, это мой путь познания киноактёрства, я приобретал опыт, познавал и до сих пор это делаю, я в пути к профессии киноактёра. Мне повезло, что так получалось, что кто-то из кастинг-директоров видел во мне военного, кто-то видел уголовника или следователя, или прокурора, или несчастного пьяницу, и я всех этих персонажей прикидывал на себя и старался стать ими. И я счастлив тем, что я актёр не одной роли, по крайней мере так я считаю. И мне доставляет необычайное удовольствие быть разным! Но… так получается, что у меня больше ролей, как я для себя определил, в амплуа «полковник-уголовник». Верх — полковник, а уже даже не полковник, а маршал Жуков Георгий Константинович в сериале «Катюша». Ну а уголовник — это в сериале «Легенды о Круге» авторитет Рябой, который вдруг стал моей визитной карточкой, и по этой роли меня больше узнают на улицах. И когда это стало происходить, я терялся, да и сейчас привыкнуть не могу и начинаю вспоминать, где, когда виделся с этим человеком, да ещё зрительная память хромает, поэтому зачастую попадаю в сложную для себя ситуацию, но… Это самая дорогая награда для каждого нормального актёра, это признание того, ради чего мы стремились стать актёрами.

В чем, на ваш взгляд, принципиальная разница между работой в театре и в кино? И что вам, как актеру, дает большее ощущение полноты творчества?

Вы знаете, сегодня в моём активе ещё четыре антрепризных спектакля. И как ни странно, именно сейчас, когда я уже разменял восьмой десяток, на сцене я наконец-то играю те роли, о которых в юности только мечтал. Это и лорд Нельсон в спектакле «Леди и адмирал» (второе название «История большой любви»), это и Аркадий Иванович Свидригайлов в спектакле «Раскольникоff» театра МСХТ (Московский современный художественный театр), и это роли, которые можно обозначить, как Ромео в возрасте. Ромео мне в юности не посчастливилось сыграть, и вот, в зрелом возрасте, я вдруг Ромео. О таком подарке я даже не мечтал! Но для этого мне нужно было самостоятельно пройти школу актёра кино. Стать узнаваемым, чтобы мне доверили такие роли! Вы спросите, чем отличается актёр театра от актёра кино? Да ничем! Это два сообщающихся сосуда! Дополняющих друг друга! И какое счастье, когда это есть в судьбе, практике актёра, актрисы. Лично для меня живое общение со зрителями в театре даёт мне возможность принести те эмоции, энергию на съёмочную площадку. И сцена для меня — это возможность выверить те навыки актёрского мастерства, которые, я надеюсь, у меня есть.

Сегодня вы снова в театре, играете Свидригайлова в «Раскольникоff». Как вы находите новые краски в этом классическом, сложном и демоническом персонаже для современного зрителя?

Вы знаете, судьба в лице актёра Димы Мазурова, с которым мы познакомились как-то на съёмочной площадке и не раз пересекались на съёмках, обменялись номерами телефона. И вот Дима подсказал меня режиссёру, продюсеру Московского Современного Художественного театра Руслану Банковскому, когда тот искал актёра на роль Свидригайлова в спектакль «Раскольникоff». Я люблю этот спектакль, люблю своего Аркадия Ивановича Свидригайлова, на сегодняшний день я уже 52 раза выходил на сцену в этой роли. Непростой, неоднозначный, глубоко несчастный из-за неразделённой любви персонаж, каким его написал Фёдор Михайлович Достоевский, и именно этим он и привлекателен для нас, актёров. И ещё надо сказать, что автор спектакля, инсценировки Руслан Антонович Банковский сумел очень тонко, в современных ракурсах, пульсах сегодняшнего времени преподнести сложнейший роман Фёдора Михайловича «Преступление и наказание». И для меня находиться во время спектакля в образе Свидригайлова — это каждый раз необычайный восторг, и поэтому Аркадий Иванович в каждом спектакле у меня разный, он ведёт меня каждый раз неожиданно по-другому, я сам не понимаю, как это получается.

Вы с теплотой отзываетесь о коллективе театра МСХТ и его «направленности для нашей ПОБЕДЫ». Как искусство, по вашему мнению, может и должно поддерживать людей в непростое время?

И знаете, хочется сказать, что мне повезло, что я, вернее меня, нашли для МСХТ. Коллектив, который сумел создать, сохранить в тяжёлый период пандемии Руслан Банковский со своим помощником Рустемом и, конечно же, с художественным руководителем народным артистом Стекловым Владимиром Александровичем, необычайно дружный, по-семейному тёплый, добрый, и поэтому творческие отношения складываются таким образом, что и спектакли получаются, на мой взгляд, замечательные. Новый спектакль по пьесе А. Н. Островского «Женитьба Бальзаминова» так же получился необычный, весёлый, задорный, с песнями, танцами. И премьеру мы сыграли летом прошлого года для наших ребят в Сирии, чем доставили им, судя по аплодисментам и их горячим отзывам, большую радость.

Поездки в Донецк и Сирию с концертами и спектаклями — это уникальный опыт. Что вы чувствовали, играя «Женитьбу Бальзаминова» для наших военных в августе в Сирии? Какие эмоции и реакции зрителей вас больше всего поразили?

Концертная бригада театра МСХТ — частый гость у бойцов СВО. И я, как только влился в дружный коллектив театра, вскоре после премьерного для меня «Раскольникова», а это был ноябрь 2022 года, поехал в Донецк в компании с Владимиром Александровичем Стекловым и Русланом Банковским. Это была первая моя поездка к ребятам, и хочется сказать, что концертные бригады МСХТ — частые гости у ребят на СВО, и когда мы там бываем, понимаешь, насколько это необходимо для ребят, которые каждый день рискуют там своими жизнями, да и мы тоже, бывало, попадали под обстрелы, но мы приехали и уехали, а они там постоянно.

Эти поездки на передовую — это ведь не только творческая миссия, но и серьезный человеческий, гражданский поступок. Как такие выезды меняют вас лично, ваше отношение к жизни и профессии?

Но возвращаясь в Москву, чувствуешь ту эмоциональную наполненность и внутреннюю связь, чтобы через какое-то время опять вернуться к этим бойцам-героям и провести с ними какое-то время, поддержать песнями, спектаклями, когда это возможно, да просто своим присутствием, для них это очень важно, да и для нас тоже, так мы все вместе приближаем Победу, которая непременно будет за нами!

Вы называете профессию актера «самой необыкновенной». В чем для вас заключается эта необыкновенность сегодня, после стольких лет в профессии?

Вот такая у меня необыкновенная, а теперь я понял — необходимая, не только мне, профессия актёр, которой я был признан свыше служить. А ещё необыкновенность профессии актёр в том, что этому делу можно служить, насколько хватит сил и здоровья, «до дней последних донца», как сказал когда-то Маяковский! И ещё это общение с друзьями-актёрами, которых ты приобретаешь на своём творческом пути на сцене, на съёмочной площадке и не только! И это большое счастье!

Сергей Валерьевич, а есть ли у вас какая-то роль или драматургический материал в театре или кино, которую вы мечтаете сыграть, но пока не представилось случая?

На вопрос, есть ли какие-то творческие планы, могу ответить: да, есть! Вы знаете, несколько лет назад судьба свела меня с удивительным человеком Дмитрием Васильевичем Епишиным. Он, будучи генерал-лейтенантом СВР в отставке, является ещё и литератором. И не просто литератором, а писателем, обладающим большим, невероятным даром. Я очарован его творчеством. Им написаны прекрасные стихи, рассказы, романы, повести, пьесы. И одна из них под названием «Иосиф», посвящена она, как вы сами можете догадаться, Иосифу Виссарионовичу Сталину. Конечно, личность неоднозначная, но и незаслуженно забытая и где-то, с руки Н. С. Хрущёва, оболганная. И как мне кажется, пришло время, когда пора начинать расставлять всё на свои места и по-другому взглянуть на Иосифа Виссарионовича, и пьеса «Иосиф» позволяет это сделать. Я очень хочу, чтобы появился спектакль по этой пьесе, где я хотел бы сыграть одну из ролей в нём, но это не Сталин, как мне кажется, я пока не дотягиваю до него, там есть персонажи, которые мне нравятся, и это будет зависеть от мнения режиссёра, который возьмётся за постановку этой пьесы. Я никогда не выпрашивал ролей для себя, так меня научили мои мастера театрального дела. Есть мнение на театре: если хочешь, чтобы актёр завалил роль, дай ему сыграть то, что он просит. Поэтому я никогда ничего не просил, работая в стационарных театрах. Ну а в кино, где я актёр, где нас тоже выбирают, и сегодня, когда я уже могу не бегать по проектам, а просто ждать, когда вспомнят и позовут. И так и происходит! Слава Богу!

Фотографии предоставлены героем публикации.
ФОТО: yandex.net/