Павел Юстер

Прыжок из поезда: Путь к себе через театральную мастерскую

Павел Юстер – человек решительной трансформации, сменивший профессию врача-стоматолога с красным дипломом на актерское призвание. Его путь характеризуется смелостью следовать внутреннему зову, глубоким интересом к исследованию человеческой сути через театральное искусство, психологию и изучение языков. Сегодня он – артист театра ОМ, находящийся в постоянном творческом и личностном поиске, стремящийся к расширению границ восприятия.

Павел, по первому образованию вы – стоматолог. С отличием окончили Российский университет медицины. Что вас привело к актерской деятельности?

Действительно, медицина – большая часть меня, образование, которое заложило основы внимания к человеку и аналитическое мышление, знания и навыки, помогающие по жизни. В то же время — это сфера, которую не стоит романтизировать, в которой мало места экспрессии. И внутри мы всегда чувствуем, когда идем против себя, и, к счастью, удалось это перевести в осознание, последовав за зовом сердца. Оглядываясь назад, желание творчества, выражения своей эмоциональной части всегда таилось внутри, и энергетический потенциал лишь ждал своего часа.

Все началось с курса для начинающих актеров в театральной школе. Помогли ли занятия разжечь интерес к театру и кино?

Знаете, было ощущение, словно перепрыгиваешь на ходу из поезда в другой, движущийся в противоположном направлении. И этот прыжок удался. Занятия на курсе в самом деле явились отправной точкой, давшей понимание, что я на верном пути. Хочу упомянуть большой вклад актера и режиссера Андрея Юрьевича Васильева, научившего меня доставать самые неизведанные резервы и существовать на сцене на пределе возможного.

Позже вы поступили в Институт театрального искусства им. Кобзона. С какими чувствами вы погружались еще в одну профессию, были ли страх, неуверенность, неловкость?

Страха и неуверенности не было, но нужно было время, чтобы привыкнуть к учебе с ребятами, только выпустившимися из школы, убрать скепсис и настроиться на изучение азов профессии. И, надо сказать, что с мастерской и преподавателями мне повезло. Творческий запал только разгорался.

Будущие актеры часто образовываются в условиях так называемых творческих лабораторий. Чем они полезны, в них больше плюсов или минусов по сравнению с классическим образованием?

Думаю, что классическое образование дает большую уверенность в дальнейшей работе, владение большим количеством инструментов, помогает познать дисциплину и этику профессии, особенно для работы в театре. В кино немного другая специфика, и базы лабораторий и курсов при стремлении и удаче может быть достаточно. В обоих случаях это постоянная большая работа над собой, над внутренней свободой, если речь идет о деле жизни. Но хочется уйти от категоричности в этом вопросе, творческий путь порой не прогнозируем, поэтому важно сохранять веру в себя.

Сегодня вы учитесь в Первой Общедоступной Театральной Мастерской. Как поменялся ваш взгляд на мир и профессию благодаря ей?

Первая Общедоступная Театральная Мастерская – по-настоящему уникальное пространство в мировых рамках, ставшее больше, чем просто местом учебы. Это взгляд на театр и человека в самой их сути, место, где нет социальных масок. Это холистическое становление не актера, а артиста, художника. Здесь обнаружилась бесконечная глубина внутреннего мира и иллюзорность окружающего.

Основатель мастерской – известный режиссер Роман Акимов. Как складывается взаимодействие с ним?

Роман – мой учитель в самом высоком значении этого слова. Мы разговариваем на одном языке.

Вы заняты в спектаклях театра ОМ, который появился из мастерской. Что находите для себя здесь?

Это пространство, где рождаются спектакли на основе нового способа существования и режиссуры в контексте системы Аутоника. Спектакли, не отражающие сиюминутные «проблемы», но затрагивающие глубинные вопросы существования. Мне это очень близко. В сентябре 2025 года у нас состоялась премьера первой части трилогии «Человек пробудившийся» – «Макбет. Эманация тьмы» по У. Шекспиру, где я играю Макбета, а также пластического спектакля «Превращение» по Ф. Кафке, где я играю Грегора Замзу.

Наверное, самый загадочный процесс в театре – подготовка, рождение спектаклей. Расскажите о нем.

Все начинается с разбора материала, пьесы, инсценировки, диалога режиссера с актерами, где мы делимся своими мыслями насчет темы, идеи, сути, героев. После предварительного разбора начинаются репетиции «на ногах». Задача режиссера – пронести задуманную концепцию через все сцены и создать цельное полотно, моя же задача – стать в этом пластилином, порой борясь со своим же сопротивлением. Это не значит, что актер лишен права голоса. Наоборот, актер может и должен быть эрудированным и в некотором смысле сам себе режиссер, иначе это превращается в несвободу и отражается на результате. Важно отметить, что это возможно лишь при взаимном доверии. Но спектакль – не только репетиции, но и множество других процессов и цехов: декорации, свет, музыка…

Насколько сложно или наоборот легко передать смыслы, заложенные автором произведения и режиссером?

Это постоянная внутренняя работа даже вне репетиций, особенно при работе с великими произведениями, где текст порой больше своего автора, и важно не брать смыслы, лежащие на поверхности, но идти к сути. И постепенно, шаг за шагом, все складывается, словно проявляющаяся фотография.

Знаю, вы играете в кино. В каких проектах можно увидеть ваши актерские данные?

Пока это ряд коротких метров. Но все впереди, кино очень увлекает. Сейчас задача – найти агента.

Безусловно, работа в театре и кино отличается. К каким тонкостям вы привыкали дольше?

Не скажу, что приходилось привыкать, хотя отличия действительно есть. Кино – это лицо, глаза, напряжение, передающееся через микромимику, каноны работы на камеру, умение переключаться внутри съемочного дня между непоследовательными кадрами. Театр – широкие жесты, многоликость, поток жизни здесь и сейчас на глазах у зрителя. Развиваться в обоих направлениях невероятно интересно.

Среди ваших увлечений – психология и коучинг. Пригождаются ли вам знания из этих областей на сцене или перед камерой?

Безусловно, ведь все это про человека. И эти знания, в особенности юнгианский психоанализ, позволяют избавляться от иллюзий о себе в жизни и профессии, идти в самую суть, даруют внутреннюю свободу.

Актерская профессия предполагает взаимодействие с партнером и со своим внутренним миром. Что удалось открыть нового в себе и людях?

Мир не тот, каким нам представляется.

Еще одно ваше хобби – изучение иностранных языков. Есть ли у вас желание попробовать себя в актерской профессии за рубежом?

О, да. Я свободно владею английским без русского акцента, изучаю турецкий язык и легко улавливаю звучание остальных. И, надо сказать, что это уже больше, чем желание, зарубежный опыт начинает появляться.

Что для вас значит рост, и каким вы его определяете для себя в будущем?

На данном этапе это реализация своего актерского потенциала. Задача всей жизни – расширение всяческих границ восприятия, межкультурная коммуникация. Думаю, неизбежно встанет вопрос о передаче знаний, которых уже накопилось много.

Фотографии предоставлены героем публикации.