Ника Ломако

«Я люблю петь, я ничего в жизни не люблю так, как петь»

Ника Ломако — молодая российская актриса театра и кино, выпускница РГИСИ, которая нашла своё призвание в мире мюзикла. Пройдя путь от полного неприятия театра в детстве до осознанной любви к музыкальному жанру, она сегодня воплощает на сцене сложные и разноплановые образы, от дерзких роковых женщин до мифической Багиры. Ника — самоотверженный трудоголик, для которого сцена — это место постоянного развития, эксперимента и честного диалога со зрителем.

Ника, что вас изначально привело в сферу искусства, и почему вы выбрали театр?

В школьные годы я категорично относилась к театру, мне не нравилось, что меня водили на драматические спектакли, я все время отпиралась, предлагала, как альтернативу фильмы. Знакомая из танцевальной студии, любительница мюзиклов, когда мы были в одиннадцатом классе, пыталась заставить посмотреть хоть что-нибудь и даже поставила ультиматум: «Попробуй посмотреть единственный мюзикл и, если тебе не понравится, я отстану и больше не буду тебя ни о чем просить». Я согласилась. Посмотрела французскую рок-оперу «Моцарт», и она меня потрясла. В одной постановке сошлось все, что мне нравилось – музыка, танцы, темпоритм. И так получилось, что я стала много мюзиклов смотреть, ездила на постановки в Москву, захотелось попробовать самой, хотя вокалом я не занималась и о профессии актрисы не думала, год отучилась на журфаке. И когда поняла, что не мое, пробовалась в театральный. Со второго раза поступила.

Вы играете в мюзиклах. Какие роли оказались самыми сложными и интересными для вас?

Самая интересная и сложная вокально роль – это 100% Багира в спектакле «Маугли». Тяжело было работать над мюзиклом «Есенин». Музыка Евгения Загота сложная, он пишет невероятно ансамблевые мюзиклы, где огромная нагрузка ложится на ансамбль, и это, конечно, круто, это, безусловно, сильно развивает, формируются новые нейронные связи, но выучить материал, спеть, собраться довольно сложно, и, наверное, да, не роль, а ансамблевая работа была невероятно сложной. В целом повелось, что ансамблю всегда достается мало внимания, оно уходит на основных героев, но не стоит забывать, что артисты ансамбля зачастую проделывают гигантскую работу.

Сколько усилий уходит на подготовку к каждому спектаклю? Нужна ли особая дисциплина?

Дисциплина нужна 100%. Часто артисты пренебрегают распевкой или разминкой перед спектаклем, разогревом мышц. Это неправильно. Я сама себя пытаюсь приучить к тому, что обязательно нужно это делать, ведь тело и голосовой аппарат – это мышцы, которые нужно разогревать, подготавливать и развивать постоянно, чтобы они находились в тонусе. Иначе все это, конечно, тяжеловато, и могут быть физические и голосовые травмы. Неплохо было бы соблюдать и режим сна, отдыха, но об этом, конечно, в артистической профессии говорить не приходится.

Сейчас вы работаете над интересным спектаклем «Структура» в театре «Сказки Нахимовской». В чем, на ваш взгляд, уникальность постановки?

Сейчас в России набирает обороты такой жанр как jukebox musical. Это мюзикл, основанный на уже готовых песнях, у нас это композиции группы Lumen. Мне нравится сюжет, тема. Мы говорим об искусстве, эмоциях и о том, что может произойти, если это все приравнять к общему знаменателю. Мне на днях приснился, сон, что у меня пытаются отключить способность чувствовать и эмоционировать, и я проснулась в ужасе, поэтому тема, мне кажется, животрепещущая и касается каждого.

Вы играете Эйлу – певицу Подполья, вдохновляющую на борьбу за право чувствовать. Работая над ролью, столкнулись ли вы с особыми трудностями или открытиями?

Мне кажется, основная трудность, с которой я столкнулась, работая над Эйлой, в том, что в день сбора первого акта я проснулась без голоса, и нужно было отработать. Большое спасибо постановочной команде и коллегам, что все прошло достаточно гладко и комфортно.

Может ли музыка помочь глубже раскрыть характер персонажа, выразить важные эмоции?

Конечно, да. Это, мне кажется, первое, чему учат на курсах музыкального театра. Почему ты начинаешь петь? Не потому, что композитор написал, что здесь начинается ария, а потому что говорить уже не можешь. Ты начинаешь петь или танцевать, или петь и танцевать, когда уже выразить в другой форме чувства невозможно. Конечно, музыка всегда является проводником, показывает и подчеркивает характер и особенности. По тому, какую музыку человек в обычной жизни слушает, можно многое понять про него. И когда я знакомлюсь с людьми, пытаюсь узнать это. Музыка же еще работает на чувственном уровне. Синтез текста и мелодии, их влияние на человека, на эмоционирование очень интересно.

Вам приходится играть и близкие по духу роли, и на сопротивление. Что нравится больше, и почему?

В основном я играю роковых персонажей, сексуализированных, с дерзкой энергетикой. Это прикольно, но мне всегда казалось, что я другой человек. Во мне, наверное, больше пацанского или наоборот меланхоличного, грустного. И мне интересно сыграть персонажа сломанного, но пока что не складывается. Когда я проходила кастинг в «Структуру», постановщики говорили, что видят во мне темную сторону, но не видят в светлой истории. Мне интересно попытаться доказать, что это не так.

Любите ли вы экспериментировать с разными стилями исполнения или предпочитаете оставаться верной одному направлению?

Одного стиля вообще не существует. Если ты поешь в мюзикле – это одна манера, если ты поешь рок – другая, джаз – третья. Это все очень разное и очень интересное. И ты постоянно находишься в тренинге, обучаешься, узнаешь что-то новое. Сегодня ты пел так, а завтра у тебя другое настроение и самочувствие, и поэтому получилось что-то иное. Ты попытался зафиксировать ощущения, повторить, и это все постоянно находится в развитии, есть ощущение, что ты не стоишь на месте. Это завораживает.

Как воспринимаете реакцию зала на свою работу? Важно ли мнение зрителей для вас?

Конечно, нам важно мнение зрителей, и, конечно, хочется, чтобы они остались довольны, чтобы была отдача, и произошел обмен энергией. Я стараюсь не эмоционировать на критику, нужно понимать, что мало объективного существует в творчестве: кому-то нравится одно, кому-то – совершенно другое. Это абсолютно не говорит о том, что ты плохой. Но, конечно, приятно, когда зрители благодарят, дарят подарки, особенно рисунки или стихи. Когда благодаря моему творчеству рождается другое, это вдохновляет.

Есть ли цель в творчестве, достижение которой заставит почувствовать себя совершенно счастливой?

Мне кажется, совершенно счастливой я бы могла себя почувствовать, если бы открывала свое расписание и понимала, что у меня весь месяц забит разными спектаклями, разной работой. Я люблю работать. Я трудоголик бешеный, и мне все время мало. Я бы хотела попробовать выжать максимум.

Хотели бы попробовать себя в режиссуре или продюсировании?

Нет таких амбиций. Я считаю, что каждый должен быть на своем месте. Я – исполнитель. Я пробовала с подругами создать концерт, это классно, но в продюсирование и режиссуру не хочу. Возможно, если говорить об огромных мечтах, я бы стала спонсором какого-либо крутого проекта. Нафантазируем: если было бы бесконечное количество денег, я бы наняла хорошую команду, чтобы каждый был на своем месте. Это важно. Я люблю, когда каждый занимается своей работой и своим делом.

Что значит для вас успешный спектакль?

Во-первых, это хороший материал – либретто, музыка, в которой будут бэнгеры и не только. Во-вторых, это специалисты – каждый на своем месте. Композитор пишет музыку, либертист – либретто, режиссер режиссирует. Должны быть актуальная тема, хороший каст, набранный по частному кастингу, хорошая площадка, но в первую очередь цепляющая история. Если нет сюжета, действия в спектакле, это не работает. Зритель должен выйти из театра не то чтобы другим человеком, но с новыми мыслями и ощущениями, театр должен заставлять чувствовать и думать. Тогда это успех. Если зрители после просмотра будут обсуждать постановку, вступать в дискуссии – это здорово! В этом и есть магия творчества.

Что вдохновляет вас двигаться вперед, и кто вас мотивирует?

Любовь к своему делу. Сколько бы раз не приходили мысли о том, что я сделала что-то не то и не так, сколько бы не пробовала себя в смежных профессиях, я понимаю, что мюзиклы – это мой выбор, каким бы рискованным, странным, возможно, не всегда себя оправдывающим, он ни был. Я люблю петь, я ничего в жизни не люблю, так, как петь, а мюзиклы соединили в себе все, что мне было нужно. Мотивирует только то, что, пока ты живешь, ты можешь пробовать все, что угодно, и, возможно, это приведет к качественному результату. Меня мотивируют разные вещи. Можно прочитать классное интервью или крутую книгу, послушать чью-то песню, посмотреть зарубежную постановку. Я смотрела мюзиклы в Германии, Франции. И спасибо большое людям, которые занимаются пиратством на бродвейских постановках. Это круто, когда ты можешь увидеть то, как работают люди там, уровень мастерства высочайший. И ты смотришь и думаешь: «Я в лепешку расшибусь, чтобы когда-нибудь у нас было также».

Фотографии представлены героем публикации.