Максим Риттер

О страхе скучной жизни, адреналине сцены и реакции зрителей

Максим Риттер — студент Новосибирского колледжа культуры и искусств, начинающий режиссер и актер Сибирского камерного театра. Из человека, попавшего в театр по «обязаловке», он превратился в увлеченного творца, который через режиссуру исследует острые социальные и личные темы. Его работы — от этюда по Горькому до постановки на песню Shortparis — говорят о смелости, рефлексии и желании говорить с современным зрителем на актуальном языке.

Максим, вы сказали, что попали в театр почти случайно, по «обязаловке». В какой момент хобби перестало быть повинностью и превратилось в нечто большее? Что именно вас «зацепило»?

Даже поначалу тягостью я это не считал, скорее просто — ну хожу и хожу. Но со временем я стал как будто зависим от адреналина, который испытываешь, выходя на сцену, и вот так понемногу, сам того не замечая, ждал поскорее какого-нибудь мероприятия или спектакля.

Перед поступлением вы всерьез рассматривали IT. Что перевесило чашу весов в последний момент? Что такое есть в театре, чего вы не нашли в программировании?

Всю школу я был чистый физмат, а вот литературу и историю не любил от слова совсем. Поэтому и думал идти на программиста. Но в один из дней я абсолютно случайно наткнулся на колледж культуры. Мы с мамой съездили на день открытых дверей, и я понял, что хочу туда и никуда больше. Я понимал, что программирование дастся мне легче, но я боялся, что все это превратится в рутину и я буду сидеть в офисе за компьютером 24/7.

Вы долго выбирали между амплуа актера и режиссера. В чем для вас была принципиальная разница? И что стало решающим аргументом на 3-м курсе в пользу режиссуры?

Ох. Ну, вначале пути я режиссуру не рассматривал совсем. Хотел быть актером. Режиссуру я не любил из-за того, что нужно безумно много знать, думать, делать, а когда ты актер, то ты изучаешь своего героя, учишь слова и готово. Решающим аргументом для меня стал мой преподаватель по режиссуре. Благодаря ей я понял, что мне наоборот нравится копаться в куче материала, истории и так далее. Ну и к тому же я люблю режиссуру за то, что с помощью неё я могу говорить на темы, которые меня трогают, и показывать их окружающим. Сейчас я, конечно, понимаю, что профессия актера ни капли не легче, как я думал раньше, но все же режиссура мне куда ближе.

Вас пригласили в Сибирский камерный театр по рекомендации. Это был сложный переход от студенческой среды к профессиональной? Чему вас научил этот год работы в спектакле как актера, теперь уже с позиции будущего режиссера?

Переход дался легко, у нас была и есть дружная атмосфера, к тому же я не один, там также есть и другие ребята с колледжа, некоторые даже с обычных школ. Поэтому я полностью ощущаю себя в своей тарелке. Вот уж не знаю, чему меня научил этот год, но как режиссер я бы, наверное, пару моментов в нашем спектакле переделал.

Вы выделяете этюд по пьесе Горького «На дне». Почему выбрали именно эту классическую, непростую пьесу? Что вы хотели сказать своей трактовкой, будучи современным молодым человеком?

Я этот этюд делал не один, а со своей одногруппницей. Мы знали, что пьеса сложная и копаться в ней придется много. Но именно в этой пьесе, как я считаю, поднимается актуальная для нашего времени проблема: «Человек все может — лишь бы захотел». Многие жалуются на свою жизнь, как и герои пьесы, но, чтобы «выбраться со дна», ничего не предпринимают. Ведь куда удобнее жаловаться всем, чтобы тебя жалели, и не слезать с печи. А в эпоху интернета, тик-тока и соцсетей эта проблема обретает новый и очень яркий окрас.

Этюд на песню Shortparis о Чайковском — очень смелый и современный ход. Как рождалась эта идея? Как вы соединяли жесткий звук Shortparis с судьбой композитора?

Изначально на этюд я рассматривал песню «Браво» — «Вася». Когда пришло время идти на сцену и что-то ставить, я понял, что душа не лежит что ли. Никаких идей в голову не приходило. И вот я лежал и как обычно перед сном слушал музыку. Тут я наткнулся на саму группу Shortparis. Копаясь в их дискографии, я и нашел песню «о как небо черно». Она была саундтреком к фильму «Жена Чайковского» Кирилла Серебренникова. Послушав её, у меня в голове сразу начала появляться картинка. Эту песню тяжело назвать прямо жесткой, скорее к финалу. Темой этюда я взял разговор. То, что люди в браке или отношениях не могут элементарно поговорить и решить все проблемы, вместо этого, как и Чайковский со своей женой, «копают друг другу могилы». Сам этюд был мрачный и немного артхаусный что ли. Поэтому песня легла идеально.

Судя по выбору Shortparis, музыка для вас — важный соавтор. Как вы подбираете музыкальное сопровождение для своих работ? На что опираетесь?

О да, я безумно люблю музыку и считаю неотъемлемым элементом в театре. Зачастую я выбираю тот материал, который меня трогает. Тот, при прослушивании которого у тебя рождается безумно много образов и картин. И, конечно же, чтобы этот музыкальный материал работал на твою идею и тему, которую ты хочешь донести.

Есть ли режиссеры (театральные или кино), чья манера или философия вам особенно близки? Чьи работы заставляют думать: «Вот как надо!»?

Из кинорежиссеров могу выделить Кристофера Нолана — меня поражает проработка деталей в его фильмах. То, что все его фильмы сняты почти без графики, то, что все его фильмы сняты на пленочную камеру, а не цифровую. Ну и, конечно, сами истории в его фильмах безумно интересные. Из театральных могу выделить Антона Федорова. Его спектакли и экспериментальны, и не перегибают палку, как большинство современных спектаклей. Ну и сделаны прямо хорошо, смотреть их интересно.

Каким вы видите театр, в котором хотите работать? Это должна быть классическая сцена, экспериментальная площадка или что-то третье? Чего, на ваш взгляд, не хватает современному театру?

Думаю, что-то среднее. Мне не нравятся полностью классические театры, так как в них, как будто бы, нельзя раскрыть себя, свои интересные решения, ну и в принципе от режиссера там, как я думаю, мало чего. В экспериментальных-современных театрах, мне кажется, всего слишком много, хватает и даже с перебором, это мне в них и не нравится. Недавно ходил на спектакль питерского театра (название уже не помню) по пьесе Чехова «Три сестры». По итогу там все раздевались, почти занимались сексом и яро об этом говорили. Вот такие эксперименты мне абсолютно не нравятся.

Новосибирский колледж культуры и искусств — какая это атмосфера? Насколько важно, по-вашему, получать образование именно в регионе, вне столиц?

Это полная рабочая атмосфера, когда ты сидишь с восьми на парах, а потом до десяти на репетициях, и мне эта атмосфера нравится. Да, устаешь, но какой эффект эйфории в конце — не описать словами. Да, мне кажется, не важно, где получать образование. Главное в нашем деле — смотреть на педагогов, ведь в театре все разные и учат своему, поэтому важно выбрать того педагога, чьи работы тебе нравятся, и ты хочешь чему-то научиться у этого человека. Но в колледж я поступал не так скрупулезно, конечно.

Сейчас вы уже определились с режиссурой, но продолжаете играть в театре. Не мешает ли одна роль другой? Или, наоборот, помогает?

Нет, никак не мешает. Иногда наоборот, пока ты актер, можно как режиссеру искать и находить что-нибудь интересное.

Уже есть мысли о том, какой будет ваша выпускная работа? Хочется ли снова обратиться к классике или сделать что-то абсолютно новое, авторское?

Да, этюд по пьесе Теннесси Уильямса «Стеклянный зверинец». Все свои работы я делал мрачные и где-то даже жестокие, а тут я решил сделать что-то новое. Что-то совершенно другое. И атмосфера хрупкости в этой пьесе меня полностью затягивает. Хочется сделать что-то необычное, волшебное что ли.

Что вас больше всего пугает в профессии режиссера? А что, наоборот, заставляет гореть и чувствовать, что вы на своем месте?

Да я даже не знаю, что меня пугает. Возможно, с поступлением в вуз что-то да появится. Гореть меня заставляют реакции зрителей, когда видишь, что люди тебя услышали. Но в первую очередь — это, конечно, какая-то саморефлексия. Пока изучаешь материал и тему, слушаешь разную музыку и так далее, конечно, копаешься и в самом себе, и вот это заставляет меня гореть ярче всего.

Какие у вас цели на ближайшие пару лет после выпуска? Планируете ли оставаться в Новосибирске, пробовать силы в других городах, создавать свой проект?

Думаю, после выпуска поступать в вуз. Точно не Новосибирск, а вот Питер, Москва или еще какой-нибудь город — не знаю пока, поживем — увидим.

Если бы можно было вернуться в тот момент, когда вы выбирали между IT и театром, что бы вы сказали себе? И какой совет дали бы тем, кто сейчас так же метается между «нужным» и «душой»?

Я думаю, что сказал бы себе простое: делай как хочешь. Ведь это самое главное. А выбирать, конечно, нужно душой, нет ничего лучше, чем заниматься любимым делом. Как говорил Конфуций: «Выбери себе работу по душе, и тебе не придется работать ни одного дня в своей жизни».

Фотографии предоставлены героем публикации.