Марина Топоркова

Театр теней — это театр без скидок на ошибку

Марина Топоркова — актриса Московского детского театра теней, выпускница ЯГТИ и ЯГПУ, пришла в теневой жанр не случайно, а по зову судьбы. Она совмещает классический театр кукол с тенями и мечтает о собственном спектакле на стыке клоунады, кукол и женской темы. Для Марина важно сохранять традиции «старой школы» и при этом с радостью экспериментировать.

Марина, вы – актриса Московского театра теней. На ваш взгляд, в чем уникальность этого жанра, и почему он остается интересным сегодня, несмотря на развитие тех же цифровых технологий?

Театр кукол сам по себе довольно уникальный вид искусства. Театр теней – это еще более узкий профиль театра кукол. Уникальность в том, что мастеров этого искусства немного, и мы продолжаем традиции «старой школы». Это очень сложный вид, жанр театра кукол. Придя в этот театр после пяти лет работы в классическом театре кукол, мне было непросто освоить теневое мастерство! Порой мы работаем втроем на одной кукле, то есть театр теней – это сильное чувство партнера, ансамбль.

Театр теней – это искусство, где актер невидим, а на сцене живет лишь его силуэт. Каково это – так играть, и почему вы выбрали именно это направление, что вас привлекло?

Я осознанно не выбирала, так решила судьба. Как будто кто-то свыше привел меня сюда. После Летней международной театральной школы СТД я была наполнена готовностью к переменам и случайно увидела набор в труппу Театра теней, незамедлительно поехала и меня приняли, хотя конкурс был большой. Я очень рада, что погрузилась в этот необыкновенный мир! Безусловно, работать только за экраном – это чуть-чуть скучно. Прекрасно, когда в спектакле есть симбиоз и живого жанра, и теней, и других видов кукол. Это золотая середина (улыбается). Я занята в разных спектаклях, поэтому есть баланс. Для меня театр теней – это уникальное искусство, глубокое, даже чуть мистическое. Это чудо – силуэт и луч рождают целую историю!

Характер персонажа нужно передать лишь через контур и движение. Как вы создаете своих персонажей?

Безусловно, тут идет двойная работа – и с куклой, и с собой. Нужно разобрать персонажа, понять задачу режиссера, найти себя в этом персонаже. И большую работу занимает освоение куклы. Тут, словно под микроскопом, увеличительным стеклом – работа с теневой куклой должна быть безупречной. Все огрехи и недочеты тут же будут видны зрителю! Тень не спрячешь. А еще бывают такие спектакли, где нужно помимо куклы, тени найти верное положение тела, чтобы было удобно всем. Именно верное положение – удобное не для себя, а для всех. Порой мы зависим от луча, от его высоты. Чем больше людей, тем сложнее распределиться. Но со временем уже на автомате двигаемся. Есть у нас спектакль «Шерлок Холмс. Продолжение». Вот там мы работаем в черном кабинете, все в черном бархате, закрытые полностью. И работаем мы в полной темноте. Когда меня вводили в этот спектакль, я тыкалась во всех, как слепой котенок. Нужно распределить себя, куклу, реквизит. А сейчас мы расходимся и двигаемся ювелирно, как ансамбль.

Эмоциональная нагрузка ложится на голос. С помощью каких средств вы делаете его максимально выразительным?

Перед каждым спектаклем я стараюсь размять тело и голос, сделать речевую разминку. Это обязательно. Это и для себя полезно, чтобы не перенапрячь связки, и для лучшей выразительности голоса.

В спектаклях актеры часто сочетают театр теней с куклами, драмой и анимацией. Как это происходит на практике? Какой из этих навыков самый сложный для вас?

У нас есть такой спектакль, сочетающий как раз все это разом – «Лабиринт Минотавра». Интересный, современный взгляд на классический миф. Не скажу, что это непросто. Наоборот, увлекательно! Мы с удовольствием репетировали, придумывали и предлагали режиссеру наши варианты. Такой набор дает больше возможностей погружения и видения мифа с разных ракурсов.

Получается, вашими партнерами по сцене являются куклы. Как вы находите с ними «общий язык»?

Я бережно отношусь к куклам, считаю, что иначе нельзя. Кукла может обидеться. Теневые куклы необходимо «вбить» в руки, это точные движения, словно в математике, балете. Иначе никак. Работа не останавливается никогда, зачастую рождаются новые нюансы или движения, которые мы сразу пробуем.

Театр активно участвует в фестивалях. Чем фестивальный показ отличается от тех, что проходят на сцене в «Измайлово»?

Мы ездили на фестиваль «Рязанские смотрины», это были чудесные гастроли! На новой площадке необходимо распределиться, выставить верно свет, учесть нюансы. У нас была большая репетиция, прогон. Мы адаптировались и прекрасно отыграли на новом месте! Конечно, на родной сцене ты знаешь каждый сантиметр и все возможности, а тут пришлось приноровиться.

Если бы у вас была возможность создать абсолютно любой спектакль в жанре театра теней, какую историю вы бы выбрали и почему?

Я бы с удовольствием создала спектакль, вмещающий в себя жанр клоунады, театра теней и театра кукол! Я мечтаю об этом проекте еще со студенчества. Хочу, чтобы идея воплотилась в жизни! Я люблю клоунаду, успешно работала и существовала в этом жанре. Хочу создать историю про жизнь женщины и современные стандарты красоты, про ее уязвимость и трогательность. Это больше история обо мне. Вижу, что это можно сделать смешно и трогательно!

Репертуар театра рассчитан на всю семью: от малышей до взрослых. Как вы адаптируете свою игру для разной аудитории?

Наш уникальный спектакль «Айболит», который видел еще сам Корней Иванович Чуковский, именно такой спектакль! В нем заложены шутки и для родителей, и для детей. Несмотря на то, что он в целом для малышей, на этом спектакле в восторге все взрослые! Они сами словно становятся детьми! Я безумно счастлива видеть это своими глазами, так как работаю в живом плане в этом спектакле.

Самые честные и непосредственные критики – дети. Какая реакция зала для вас самая ценная?

И снова про «Айболита»! Это мой любимый спектакль, и именно на нем дети включаются в сюжет и действие на все 100 процентов! Они всеми силами пытаются противостоять злому Бармалею, чтобы не дать в обиду доктора Айболита. Так радуются, так «болеют» за Айболита! Я очень чувствую энергию зала, от этого тепло на душе! Именно в эти моменты я понимаю, что все не зря! Я, верно, выбрала профессию!

Какой совет вы бы дали родителям, которые хотят впервые привести ребенка в театр теней?

Совет такой: театр теней – это не современный мультфильм, это, в первую очередь, театр, поэтому отнеситесь к посещению серьезно. Прочитайте перед посещением произведение, по которому поставлен спектакль, поговорите с ребенком о прочитанном. Ну, а вообще после просмотра можно дома сделать свой теневой спектакль после увиденного! Все в ваших руках!

Театр теней – это физически сложная работа: неудобные позы, темнота, управление несколькими персонажами. Как вы восстанавливаете силы и сохраняете концентрацию после такого выступления?

Мы стараемся не ругаться, не спорить, а уважать каждого в труппе. Безусловно, после сложных спектаклей необходим отдых, передышка. У нас много спектаклей, в которых два акта – это, конечно, намного затратнее, чем одно действие. Я стараюсь в антракте помолчать, выдохнуть, попить воды и, наполнившись, снова иду на сцену. У нас есть спектакль «Как приручить волков», вот там у меня роль шаманки в живом плане, а еще я работаю часть спектакля дочкой шаманки – планшетной куклой. Весь спектакль без пауз, постоянно в движении. После спектакля я вся мокрая, поэтому не спешу домой: смываю грим, расплетаю прическу и выдыхаю.

Были ли моменты, когда что-то шло не по плану прямо во время спектакля?

Да! В нашем спектакле «Лабиринт Минотавра» однажды вырубилось электричество, совсем! Хорошо, что это случилось на сцене, где Тесей высвечивал фонариком дорогу Минотавру. Зритель в целом не понял случившегося. Это было даже интересно с художественной точки зрения: на сцене только луч фонаря и тени, силуэты героев в живом плане. Но у нас много было завязано в спектакле на проекции, нехватка ее ощущалась сильно. Однажды на «Коньке-Горбунке» перестал работать экран, он еще советских времен. Поэтому этот спектакль – наша классика! Пришлось выкручиваться – работали на обычном фонаре. Но от этого сюжет спектакля не пострадал.

Московский детский театр теней – единственный государственный репертуарный театр теней в России с 80-летней историей. Каково это – быть частью такого уникального культурного наследия?

Я счастлива и рада быть причастной к этому! Рада творить и продолжать историю! Хочется впитать как можно больше у тех, кто служит в этом театре дольше! Они знают больше секретов по вождению теневой куклы, у них больше практики. Поэтому стараюсь учиться мастерству у старших.

Фотографии предоставлены героем публикации.