Лолита Румянцева

«Быть актрисой — значит дарить людям радость»

Лолита Румянцева — актриса и заведующая труппой театра «Артель-СПб», выпускница СПб Гуманитарного Университета Профсоюзов. Она видит свою миссию в том, чтобы через роли дарить зрителям радость и побуждать их к переменам, а в театре ценит атмосферу взаимопомощи и отсутствие интриг. Её энергия буквально зашкаливает: чем больше она работает, тем больше сил у неё появляется.

Лолита, что для вас значит быть актрисой?

Для меня быть актрисой — значит дарить людям радость и счастье через свои роли, вызывать у них смех и улыбку. Я не могу изменить мир, но, если после спектакля хотя бы у нескольких человек в зале что-то изменится — родится новая мысль, они откажутся от чего-то ненужного, признаются в любви или захотят изменить свою жизнь, — значит, я выполнила свою миссию. Если хоть на малюсенький процент в них что-то поменяется, если они что-то для себя откроют и поймут, значит, я всё делаю правильно. Вот что для меня значит быть актрисой.

Вы служите в театре драмы и трагикомедии «Артель-СПб». Чем, на ваш взгляд, он принципиально отличается от других театров? В чем его уникальная атмосфера?

Уникальная атмосфера нашего театра, «Артель-СПб», в первую очередь в том, что мы занимаемся настоящим искусством. Наш художественный руководитель, Максим Фёдорович Веселов, не ставит что-то просто для настроения или самовыражения. Его работы всегда наполнены сильной идеей и мощным посылом. Он не только режиссёр и художественный руководитель, но и драматург: инсценировки «Зойкиной квартиры», «Чёрного монаха», пьесы «Последнее желание», «Медуза» по Стругацким, «Петербурженка» — визитная карточка нашего театра — всё это его авторства. Кроме того, он писатель, и его книги можно купить прямо в театре. Второе принципиальное отличие: Максим Фёдорович на корню пресекает любой негатив. Я приезжаю на репетицию или спектакль — и мы все рады друг друга видеть. У нас нет ни времени, ни желания для зависти, предательства или интриг. Мы заняты делом — искусством. В любой момент ты знаешь: тебе помогут, подскажут, подхватят. Проблемы с костюмом, причёской, самочувствием — всегда найдутся те, кто поддержит. Если вводится второй состав, первый спокойно сидит на репетиции и помогает. Никто никого не выживает и не желает зла. Максим Фёдорович изначально создавал театр без негатива — и у него это получилось. Театру шестой год, и эта политика не изменилась.

Какие спектакли из репертуара «Артели-СПб» вам особенно дороги, и почему? Есть ли роль, о которой вы мечтаете именно в этом театре?

Особенно дороги мне два спектакля: «Петербурженка» и «Последнее желание». В «Последнем желании» очень непростая история, которая перекликается с моим личным гештальтом. Благодаря этому спектаклю я смогла его закрыть. Я люблю все наши постановки, но к этим у меня особенно трепетное, личное отношение. Какую роль я бы мечтала сыграть в «Артель-СПб»? Наверное, Таню из пьесы Алексея Арбузова. Мне очень интересен путь этой героини: превращение наивной девочки в сильную, независимую женщину, которая сама решает, с кем ей быть и кем работать. Она свободна от зависимости от любви, сильна духом и душой.

Вы не только актриса, но и помощник режиссера. Как этот опыт помогает понять внутреннюю «кухню» театра?

Я была помощником режиссёра примерно год-полтора. Сейчас меня повысили до заведующей труппой — штат театра расширился. Теперь я не отвечаю за реквизит и костюмы (как это делал помощник режиссёра), а занимаюсь графиками репетиций, связью с труппой, ведением репертуарного расписания и помощью актёрам при вводах. В дни спектаклей я собираю монтажную группу. Эта профессия учит ответственности, умению распределять нагрузку, успевать всё сразу и знать очень много. Ты видишь всю внутреннюю кухню театра изнутри, понимаешь, каким трудом всё это даётся. Особенно ценишь наш сплочённый коллектив: когда после спектакля мы дружно разгружаем сцену и едим торт прямо на ней — это потрясающе! Такая работа учит быть не только творческим человеком, но и собранным, ответственным и осознанным.

В вашем репертуаре много разноплановых ролей: от Манюшки в «Зойкиной квартире» до Магического ребенка и Танцующей Вселенной в «Медузе». Какая роль стала для вас настоящим вызовом, и почему?

Ролей у меня много, но настоящим вызовом стали две. Первая — главная роль Фроси в пародийной комедии «Дурочка». Это был вызов по всем фронтам: сложный жанр, огромная нагрузка (два с половиной часа держать внимание зрителя), очень много текста. Пародийная комедия — сложнейший жанр! Меня вводили за десять дней до премьеры, было всего три репетиции, включая прогон (27 страниц текста!). Это был вызов, но я справилась. Вторая сложная роль — Гостья в «Последнем желании». Этот спектакль перекликается с моей личной историей. Вызовом было направить эту боль в творчество, пережить её на сцене, отпустить и закрыть свой гештальт. Это получилось, хотя было откровенно страшно.

В «Медузе» вы исполняете сразу две роли. Как удается переключаться между такими полярными образами в одном спектакле?

В «Медузе» у меня две роли. Я использую технику «от внешнего к внутреннему» (по Мейерхольду). Нахожу точную пластику персонажа, и когда нужно за доли секунды переключиться между ролями (Вселенная, Магический ребёнок), одного незаметного жеста достаточно, чтобы всё тело переключилось, и я полностью перевоплотилась.

Интересен ваш моноспектакль «Драма в рассказах Чехова и Тэффи». Почему вы решили объединить именно этих авторов, и какую тему или настроение вы искали в рассказах для своего спектакля?

Чехов и Тэффи интересны тем, что с горькой иронией или добрым юмором раскрывают не просто человека во всём его многообразии, а человечество в целом: его пороки и достоинства. Мне близка короткая форма (рассказы), особенно в начале карьеры, когда большие прозаические объёмы давались сложнее. В моём спектакле я переключаюсь между рассказами: читаю один рассказ, затем звучит стихотворение другого автора, а я переодеваюсь к следующему номеру. Это помогает удерживать внимание зрителя.

Моноспектакль – это всегда вызов и максимальная степень откровенности. Что было самым сложным в работе?

Самым сложным в работе над моноспектаклем было поверить в себя — расслабиться, собраться и понять: пора делать спектакль, я с этим справлюсь! Здесь ты уязвим как никогда: ты не ты в предлагаемых обстоятельствах, а перевоплощаешься в персонажей Чехова и Тэффи. Нужно держать внимание зрителя и успеть донести до него всё, что написали авторы. Сложно было быстро переключаться между пятью характерами.

Театр – это ваша стихия, а съемки в кино – новый опыт. Что кино дает вам как актрисе, чего, возможно, не может дать театр?

Сложно сказать, что мне даёт кино или театр — это просто разный опыт. В кино некоторые вещи даются проще: можно сделать много дублей одной эмоции. Зато не нужно думать о зрителе на последнем ряду или о ракурсе — микрофон уловит даже шёпот. В театре сложнее: нужно контролировать посыл голоса, быть видимой со всех точек зала. Зато в театре есть живая связь со зрителем, и каждый спектакль уникален.

Короткометражный фильм «Звонок», в котором вы сыграли, сейчас на стадии монтажа. О чем эта история лично для вас?

Для меня короткий метр «Звонок» — это история о родных и близких. Не столько о семье как таковой, сколько о том, как важно ценить то, что у тебя есть: любовь родителей, их заботу (пусть иногда и навязчивую). Важно помнить: не всем так повезло, как тебе. Нужно останавливаться и говорить судьбе «спасибо» за то, что у тебя есть родители.

У вас насыщенный график. Как поддерживаете форму и развиваете навыки?

У меня особенный уровень энергии — её не просто много, у меня её переизбыток! Было время (летний перерыв), когда я поняла: я устала от того, что не устала! Чем больше играешь, тем больше энергии выделяется. Я так устроена. Справляюсь с нагрузкой благодаря общению с близкими людьми (друзья, коллеги) и сну (очень важно высыпаться). Я люблю то, чем занимаюсь, — это наполняет меня энергией. Получается такой бесконечный энергообмен.

Какой самый ценный профессиональный совет вы получили за последний год?

Один из самых ценных профессиональных советов я получила недавно: «Никогда не останавливайся! Всегда учись! Всегда находись в позиции ученика — как будто ты не знаешь всего до конца. И каждый раз выходи на сцену как в последний». Примерно так мне сказал наш художественный руководитель Максим Фёдорович Веселов.

Фотографии предоставлены героем публикации.