Гульмира Дурдыева

Актриса, выпускница московского института театрального искусства им. И.Д. Кобзона, актерский курс, Мастерская В.А. Афанасьева, 2025г.

«Советский кинематограф – мой главный учитель»: Беседа с актрисой

Гульмира, вы с детства мечтали стать актрисой? Или был момент, когда вы осознали, что театр и кино – ваше призвание?

Нет, такого не было, чтобы я с детства мечтала. Просто всегда смотрела фильмы, брала оттуда цитаты, представляла себя на их месте, как в фильме «Карнавал», где Ирина Муравьёва представляла себя, как студенты танцуют на сцене. Вот у меня тоже такое было: я смотрела и в театр, когда ходила, и в кино. Я всегда представляла себя на их месте, мне всегда это было интересно, я цитировала фразы из фильма, пыталась перевоплощаться в героев, сценки разыгрывать.

Когда я училась в музыкальной школе, её директор плотно общалась с Олегом Павловичем Табаковым. Он на тот момент был в МХТ имени Горького, и он наш хор включил в свой спектакль «Лес». Я по своей глупости и стеснительности не пошла участвовать в спектакле. К величайшему сожалению, я не ходила на эти репетиции, и мне кажется, если бы я вышла на сцену хоть раз, то уверена на сто процентов, что точно бы не испугалась и после школы пошла бы поступать в театральный. А так мне всегда казалось, что это что-то недосягаемое. Но с возрастом я решилась на это, поняла, что актёрская профессия – моё призвание. В кино я ещё не пробовала себя, но театр – это точно моё. И все мне говорят, что это моё, советуют не останавливаться, идти вперёд.

Вы окончили мастерскую народного артиста РФ В.А. Афанасьева. Какие самые ценные уроки вы вынесли из его школы?

Вы знаете, Валерий Алексеевич нам сразу сказал, что он не преподаватель, а артист. Он 65 лет на сцене, и поэтому он передавал знания, опыт, жизненные уроки. И действительно, всякий раз перед тем, как ставить спектакль или делать этюды, он рассказывал нам истории из жизни, которые очень подходили к моменту этюда или сцены в спектакле. Это очень хорошо мне помогало. Когда Валерий Алексеевич приводил какие-либо примеры, я их вспоминала и накладывала на свой опыт.

Плюс мне запомнилось, когда мы делали этюд, то немного заигрались и спошлили его в плане похорон. А Валерию Алексеевичу это очень не нравится, и он нам сказал, что так делать не надо. Нужно делать всё по классике и жизненно. И знаете, я это запомнила. У меня поменялось в голове, что некоторые вещи надо фильтровать, и это неуместно в театре.

В вашей биографии уже несколько ярких ролей, включая возрастные (например, Бабушку в «Медовом полумесяце»). Как вам удаётся перевоплощаться в персонажей, которые старше вас на десятки лет?

Это была очень яркая, интересная, комедийная роль, и я вдохновлялась своей бабушкой, потому что героиня мне напоминала её. И образ, жесты, мимику, манеру общения я брала с артистки Лии Ахеджаковой. Даже в какой-то момент режиссёр сказала, что это один в один. Я не пыталась её копировать. Я просто наблюдала за ней в кино и накладывала на свой персонаж. И действительно, это было точное попадание, и некоторые мои друзья, которые пришли на спектакль, меня не узнали.

Это очень интересный опыт – перевоплотиться в зрелую бабушку, немножко с чудинкой, с юмором, заботящуюся о своей внучке, переживающую, при этом вытворяющую несвойственные ей вещи. Я безумно люблю этого персонажа по имени Ома. И настолько я в неё перевоплотилась, мне кажется, мы настолько с ней сроднились, что мне даже не хотелось её отпускать. Но ничего, со временем я это всё-таки сделала.

В дипломных постановках вы играли Полинку в «Солдатской вдове» и Сюзон в «8 любящих женщинах». Какая из этих ролей была вам ближе и почему?

Из дипломного спектакля мне была ближе роль Полинки, солдатской вдовы. Я очень прониклась её историей. Это очень драматическая героиня. Она потеряла мужа на фронте и ушла во все тяжкие. Начала пить, загуливать, ходила по деревне в одной ночнушке, вся потрёпанная, продавала вещи за бутылку. Она опускалась на самое дно. Но её оттуда вытащили, взяв в жёны. И жизнь её поменялась.

Когда делали паспорт героя, я пыталась понять, каково это – потерять любимого человека, опустить руки и пойти на самое дно, и очень сильно прониклась. У меня была сцена, где я с похоронкой прихожу к своим односельчанам и говорю им о том, что у меня умер мой муж Алёшка. Я это так через себя пропустила, что мне даже не надо было играть. Слёзы пошли сами. Я действительно почувствовала утрату внутри, и мне стало очень жалко героиню, хотелось её обнять, успокоить, сказать, что дальше всё будет лучше. Так и случилось, но тот путь, который героиня прошла, был нелёгкий.

Вам уже довелось поработать и в драме, и в комедии. Какой жанр вам интереснее как актрисе? Или вы не делите роли на «любимые» и «нелюбимые»?

Мне всегда ближе комедии. Помню, смотрела и комедийные шоу, и фильмы, и мне нравилось наблюдать за мимикой, движениями, харизмой, и это было интересно. И я тоже любила всегда пародировать кого-то, и это у меня с лёгкостью получалось, я делала это с большим удовольствием. В спектаклях тоже комедия – мой жанр. Драма тоже мне нравится, и у меня неплохо получается. Но комедия, конечно, на первом месте.

Вы упомянули, что любите экспериментировать с образами. Какой из сыгранных вами персонажей был самым неожиданным для вас самой?

Бабушка Ома. В одном другом спектакле я тоже, конечно, играла женщину в возрасте, но не такую пожилую. Повелось в нашем театре, что я играла зрелых женщин, причём комедийных, и у меня это хорошо получалось. Но Ома была неожиданным персонажем. В какой-то момент я поверила, что мне уже за 70 лет, и что я немного выжившая из ума бабуля, с тремором в руках. Оглядываясь назад, я понимаю, что ещё бы что-нибудь добавила ей, чтобы это была ещё более яркая и правдоподобная героиня.

Пока что ваш опыт связан в основном с театром. Хотите попробовать себя в кино? Есть ли актёры или режиссёры, с которыми мечтаете поработать?

Да, несомненно, мне бы хотелось попробовать свои силы в кино. Я буду это делать в ближайшее время. Просто театр у меня всегда был на первом месте. Как говорится, кино для денег, театр для души. Это мой случай. Я всегда хотела именно играть на сцене.

Среди режиссёров могу выделить Валерию Гай Германику. Помню, она искала актёров в новый сериал, и у неё были задания записать кружочек в определённом состоянии. Я пробовалась, но, к сожалению, не прошла. Мне нравится её подход, стиль, в котором она снимает, и, наверное, я бы хотела с ней поработать.

Ещё бы я, конечно, хотела поработать с теми режиссёрами, которых уже, к сожалению, нет в живых: Гайдай и Меньшов. Я росла на их фильмах. Это самые лучшие режиссёры, которые были в моей жизни, скажем так. Опять же я очень люблю советский кинематограф, и для меня игра советских актёров – урок. Я всегда наблюдаю, смотрю на взгляд, жесты. Для меня одни из любимых актёров – Николай Караченцов, Олег Павлович Табаков, Андрей Миронов. Я увидела в интернете «Юнону и Авось», и меня невероятно поразило, до слёз, до глубины, как Николай Караченцов живёт на сцене. Для меня он величайший пример актёрской игры.

Вы владеете несколькими инструментами и поёте в разных стилях. Как музыка помогает вам в актёрской профессии?

Музыка – это тоже искусство, и она всегда применима и в театре, и в кино. Она никогда не будет лишней. Я хотела пробовать поступать в музыкальный театр, мне это было интересно, но я понимала, что в силу возраста меня никто не возьмёт, поскольку мне уже было 30+. Но мечта была.

Я обожаю мюзиклы. Самый любимый – «Юнона и Авось». Его я смотрела несколько раз в записи, а также в «Ленкоме». У меня есть пластинка с музыкой Алексея Рыбникова. Музыка помогает тренировать память. Благодаря тому, что я хорошо запоминаю музыку, у меня отличный слух, я и тексты запоминаю быстро и легко. Это помогает в актёрской профессии.

Вы занимаетесь теннисом, сноубордом, скейтбордингом. Как спорт влияет на вашу сценическую пластику и выносливость?

Теннисом я занимаюсь на любительском уровне, сама, без тренера, с напарником. Этот спорт хорошо тренирует выносливость, кардио. Работает вся группа мышц. На сцене это помогает справляться с дыханием, когда у тебя длинный монолог, например, или ты скачешь, пляшешь и при этом говоришь текст.

Раньше я каталась на скейтборде, сноуборде. Это помогает держать равновесие, сгруппироваться при падении.

Кто из актёров советского кинематографа для вас пример? Чья игра вас особенно поразила?

Николай Караченцов, повторюсь. Это один из моих любимых артистов. Его игра поразила меня во многих фильмах, например, в «Старшем сыне», где также играли Леонов и Боярский, и, наверное, «Белые росы». Его взгляд, улыбка, харизма… Он так органично смотрится! Он не играл, он жил.

И если вспомнить, как Николай Караченцов пел финальную песню в «Юноне и Авось», как у него вены на лице взбухли, ты понимаешь, что человек это пропускает через себя. Я с удовольствием пересматриваю фильмы с его участием. Мне кажется, я смотрела почти всё кино с его участием. Когда я прихожу в «Ленком», всегда смотрю на его портрет в фойе и прошу его благословения.

С какими сложностями вы уже столкнулись в актёрской карьере? Были моменты, когда хотелось всё бросить?

Сложности появляются, когда ты не понимаешь, что хочет твой герой, когда у тебя что-то не получается, когда ты вроде понимаешь, что что-то должен сделать и как, у тебя в голове картинка одна, чувства другие, а по игре третье.

У меня были сложности, когда мы ставили «Преступление и наказание» Достоевского. Я играла Дуню. И вот вспоминаю сцену с пистолетом. Я понимала, что и как, и разбирала внутренние её чувства, и мне очень помогал коллега по сцене, который играл Свидригайлова, но что-то не получалось, как будто что-то останавливало, как будто я боялась чего-то. И режиссёр пыталась растрясти и криками, и разговорами. По итогу вроде всё получилось, но я всё равно недовольна.

Бросить не хотела никогда, но расстраивалась из-за того, что не получается.

Какие роли вы мечтаете сыграть в будущем? Есть ли у вас «роль мечты»?

Да, у меня есть роль мечты. Я бы хотела сыграть Кончиту из рок-оперы «Юнона и Авось». Для меня этот спектакль и эта роль – отдушина. Я очень хотела бы попробовать сыграть эту героиню.

Вы говорите о своём туркменском характере. Влияет ли ваше происхождение на выбор ролей или манеру игры?

Характер, я бы не сказала, что жёсткий, но он с остринкой, и очень хорошо добавляет для героинь с характером, женщин-вамп. Мне всегда говорили, что мой типаж – девушки с характером, колкие красотки. И мне подошла роль Грушеньки в «Братьях Карамазовых», где я и применила свой характер. И это очень гармонично смотрелось, очень правдоподобно. Я считаю, что он был мне только в плюс.

Влияет ли происхождение на выбор ролей? Думаю, в кино да. У меня не славянская внешность, поэтому, думаю, меня будут рассматривать больше на роли характерные, цыганские, восточные.

Если бы вам предложили создать собственный спектакль или кинопроект, какой бы это был жанр и о чём история?

Скорее всего, это был бы арт-хаус. Мне очень нравится жизненное кино, когда ты не просто смотришь фильм, а будто заглядываешь в соседнее окно и наблюдаешь за тем, как там проходит жизнь.

Помню, в театральной школе был зачин, и нужно было придумать историю. У меня возникла такая мысль: квартира, два окна рядышком и две разные семьи. Одна семья благополучная, ужинают, улыбаются, смеются мама, папа, дочка, сын. Такие яркие светлые тона. Идиллия. И рядом соседнее окно неблагополучной семьи, где пьяный отец, мать плачет, ребёнок в углу, пытается отвлечься от происходящего, на столе – бутылки.

Мне бы хотелось что-то похожее сделать, либо спектакль, либо кино. И, соответственно, музыка уже в голове имеется. Возможно, я и воплощу это в реальность. Над названием ещё не думала, скорее всего, оно родится в моменте.

Чем вы любите заниматься, когда не репетируете и не играете в спектаклях? Есть ли у вас необычные хобби?

Необычного хобби у меня нет. В свободное время я арендую музыкальный класс и занимаюсь самостоятельно вокалом, играю на пианино. Музыка всегда присутствовала в моей жизни и будет присутствовать. И чтобы разгрузиться, или о чём-то подумать.

Фотографии предоставлены героем публикации.