Дарья Карнаух

«Предела не существует»: Интервью с певицей и наставником

Дарья Карнаух – разносторонний профессионал, чья жизнь посвящена музыке, педагогике и психологии. Она представляет собой уникальное сочетание концертирующей певицы, опытного педагога по вокалу, методиста и психолога-консультанта, специализирующегося на работе с музыкантами. Ее путь от детской мечты до выступлений на крупнейших площадках и руководства собственной вокальной школой иллюстрирует глубокую преданность искусству и постоянное стремление к развитию и помощи другим в раскрытии их таланта.

Дарья, когда и как вы поняли, что быть певицей – ваше призвание?

Я поняла это в четыре года. Я много слушала в семье пластинки различных исполнителей, это были Queen, Beatles, Pink Floyd, Deep Purple, Scorpions. Мой дедушка очень любил классную разную музыку, он был модным человеком в этом плане. Вот музыку мы слушали много, и хорошую, и Эндрю Ллойда Уэббера, и множество различных интересных классических произведений. И уже в четыре года я пришла к дедушке, и когда он меня спросил, кем ты будешь, когда вырастешь, я сказала: «Певицей». А бабушка, поскольку вся наша семья была с уклоном в физику и математику, в этот момент добавила: «Это, конечно, хорошо, а профессия-то у тебя какая будет?». Так в четыре года я определилась, что стану певицей.

В 21 год вы с гастролями посетили США. Как вы думаете, что собой сегодня представляет «американская мечта», и на сколько она достижима?

Да, действительно, у меня были гастроли в США, концерты. Не думаю, что они связаны с американской мечтой, и не думаю, что в Америке есть эта мечта, и что медом намазано, как и в любой другой стране. Уже на момент «сейчас» много где была, и думаю, что везде жизнь по-своему сложная и одновременно классная. Я живу в одном из самых лучших городов мира – в Москве, и поэтому мне не на что жаловаться, и, наверное, даже ехать за какой-то американской мечтой мне было незачем. Да, конечно, Америка предоставляет свои возможности, но, тем не менее, мне и моя страна симпатична, нравится, поэтому я бы даже сказала, что словосочетание «американская мечта» не очень верное, мечту можно найти, где угодно.

12 лет вы сотрудничали с Всероссийским союзом молодежи. Что для вас значит быть федеральным экспертом?

Да, я сотрудничаю со Всероссийским союзом молодежи уже много лет. Для меня быть федеральным экспертом в первую очередь – это работать с огромным количеством талантливых людей, постоянно видеть и узнавать что-то новое, общаться с постоянно заряженными, талантливыми и целеустремленными людьми – как студентами, так и руководителями проектов, организаторами. Команда совершенно потрясающая! Вообще все люди, которые занимаются студенческим творчеством и позволяют государственным программам существовать, они, как правило, совершенно чудесные. Поэтому много крутых коммуникаций и интересного взаимодействия. Конечно, это путешествие по любимой родине и много-много творчества.

Жизнь эксперта, равно как и жизнь артиста связана с постоянными переездами и перелетами. Каково это – жить на чемоданах?

Не скажу, что живу на чемоданах, бывает, что мне не так много городов нужно объехать. Бывали годы, когда я ездила только в два города, а бывали, что в десять. Это зависит от того, как нас распределят. Эксперты же не выбирают нагрузку: куда поставят, туда и поедешь, куда родина позовет, туда и пойдешь. Поэтому на чемоданах в любой профессии, связанной с переездами и перелетами, непросто, особенно в физическом плане. Но содержание самих поездок, конечно, перекрывает все сложности. Нравится и путешествовать по любимой стране, и встречать новых людей. И каждый город уже становится не просто точкой на карте, а городом, где кто-то у меня есть. От этого тепло и приятно.

При Посольстве Венесуэлы в Москве вы 12 лет руководили музыкальным коллективом. Как в «строгом» учреждении удалось создать комфортную среду для самореализации?

Во-первых, это учреждение тяжело называть строгим, возможно, именно нам, потому что наш коллектив дружил с послом, который работал, когда команда только появилась. Образовался коллектив совершенно случайно. Изначально я им не руководила, у руля была наш хореограф Алена. Она собрала, пригласила десять танцоров, столько же музыкантов, и мы выступали на правительственных, открытых и закрытых, и культурных мероприятиях, в частности на саммите четырех президентов в России, для президента Венесуэлы Николаса Мадуро Мороса, много интересного пережили. Но впоследствии коллектив стал развиваться уже без Алены и танцоров, как музыкальный. Мы собирались несколько раз в год на потрясающие мероприятия, связанные с венесуэльской народной культурой.

Вы выступали на закрытых правительственных мероприятиях, включая саммит четырех президентов. Чем особенна эта работа?

Во-первых, такая работа требует секретности. Нам запретили съемки, наши сумки проверяли, просвечивали, досматривали серьезно, также перекрывали большие территории, оцепляли центр Москвы, где мы выступали. Во-вторых, было ощущение принадлежности к чужой народной культуре, мы исполняли не какую-то попсу, которую крутят по радио, а венесуэльскую, аутентичную музыку, что очень интересно. Чувствовалась связь нашей культуры и культуры Венесуэлы, это цепляет, по телу бегут мурашки, такие выступления доставляют огромное творческое удовольствие.

Зрители видели ваше выступление в камерных клубах, на стадионах и в концертных залах с аудиторией 15 тысяч человек. Как не теряться артисту на больших площадках?

Не имеет значения, какая площадка и сколько человек. Важно, что вы вышли сказать зрителю, и что готовы отдавать и посылать в зал позитив. Для меня нет и никогда не было разницы, пою я на стадионе или в маленьком клубе. Главное, чтобы у зрителей поменялось их состояние, чтобы им было интересно, хорошо, тогда и мы работаем не зря.

Особое внимание вы уделяете психологическим проблемам музыкантов. Что, как правило, мешает раскрывать потенциал, и как преодолеть трудности?

Половина моей работы – это психологическая. У певцов, музыкантов, как и у всех людей, много каких-либо зажимов, вещей, которые нас останавливают при получении результата. В своей работе я, конечно, много вижу и много работаю с психологическими проблемами. Люди приходят разные, у всех разные цели, разный уровень. Хочется, чтобы каждый пришел к своему, либо маленькому, либо большому результату. Для этого психология, конечно, маст хэв.

Бывает и по-другому: востребованные артисты нередко работают на износ. Как правильно заботиться о своем физическом и ментальном здоровье?

Все просто. У меня даже есть видео в интернете, где развенчивается миф о том, что музыканты за секс, наркотики и рок-н-ролл. Часто нашу профессию связывают именно с ними. На самом деле, наоборот, это здоровый образ жизни, это большие ограничения в питании, режиме. Выправка практически армейская, и ее приходится соблюдать.

Вы работали с известными артистами. Что вас особенно впечатлило в работе Юлии Волковой, группы «Пицца», Манижи и Дениса Клявера?

Скажу, что особенно меня впечатлила работа с «Пиццей» и с Манижей, они очень приятные люди. Для меня в первую очередь имеет значение даже не столько музыка артиста, сколько личность человека, с которым сталкиваешься. И эти два артиста, пожалуй, оставили самое приятное и светлое впечатление.

Руководство музыкальным коллективом UNLIMITED – что эта сфера раскрыла в вас нового?

Эта сфера была новой для меня, до этого я не работала в кавер-бизнесе, пришлось изучать эту нишу с нуля, пройти массу обучающих курсов, посмотреть на рынок, закрепиться на нем. Еще самое опасное время – предковидное, бизнес умирал, и нужно было увидеть перспективы. Сам бизнес за эти годы сильно изменился, поэтому, конечно, работа требовала развития и организаторских качеств. Быть певицей и руководителем коллектива одновременно – это непросто, но стоит того. Интересно.

Восемь лет вы руководите своей школой вокала «Лучший Голос Земли». Здесь вы проявляете себя как преподаватель, методист, режиссер-постановщик и хореограф. Как справляетесь с таким объемом работы?

Я работаю не только преподавателем, методистом, режиссером-постановщиком и хореографом. Еще есть административная, маркетинговая работа, есть масса других сфер, которые требуют внимания. Хочу сказать только одно: без любви к своему делу, своему детищу, справиться с таким объемом работы совершенно невозможно, справляться можно, только действительно болея тем, что делаешь. Любовь к делу всегда побеждает все трудности.

Интересно, что вы сами пишете композиции. Можно ли их считать отражением вашего жизненного пути?

Да, сама пишу. Да, конечно, я думаю, что можно считать отражением внутреннего пути, единственное, я бы не сказала, что жизненного. Короткие эмоциональные моменты, всплески и огромное количество невыпущенного материала.

Что для вас интереснее – экспериментировать с новыми звуками, мелодиями или совершенствовать уже проверенные идеи?

Наверное, все интересно. Вся музыка сейчас – это компиляция, и она состоит из проверенных вещей – нравятся давние фишки, и, наоборот, совмещения несовместимого. В идеале – это баланс.

Несмотря на известность и востребованность, вы не перестаете учиться. За последние шесть лет вы прошли 31 курс повышения квалификации. Какие сферы для вас наиболее актуальны, и почему?

Учиться – это, мне кажется, как зубы почистить. Для любого человека, который хочет чего-то в жизни только два пути: либо развитие, либо деградация. Для меня учиться – это нормальное состояние, работа организма. Когда у меня начинается хандра, я смотрю на календарь, на свой план и понимаю: «Давно не училась, надо». Настроение сразу налаживается, поэтому обучение – это великая вещь, это не только знания, но и новые знакомства, совершенно другое пространство, изменение мышления каждый день. Учиться – это маст хэв. Какие сферы актуальны? Конечно, бизнесовые, мы развиваемся и хотим расширяться, интересно все, что связано с искусством, следующее высшее образование тоже хочу связать с ним, безусловно, важно то, что касается музыки и преподавания вокала, психологии, в ней уже много лет развиваюсь, и еще больше знать и уметь хочу, интересны практики оздоровления, работы с телом, телесная терапия.

Что бы вы посоветовали молодым артистам, которые пока только мечтают вскарабкаться на вершину успеха, и до какого, на ваш взгляд, возраста возможен рост?

Первое, что важно – это пуленепробиваемая психика, поскольку есть огромное количество трудностей в профессии. Как человек, прошедший профессиональную музыкальную школу, да и вуз в этом направлении, я могу точно сказать, что ни в вузе, ни в академиях, ни в университетах этому не учат. И самый тяжелый экзамен – это экзамен с жизнью. Если ребята выбирают творчество, то им нужно приготовиться к трудностям, быть готовыми к тому, что они абсолютно нормальны, это всего лишь плацдарм для нашего развития и творчества. Второе, что я бы пожелала – быть готовыми расти и учиться, это единственный способ все время вдохновляться, стремиться к чему-то новому, не устаревать для зрителя, открывать новые грани своего таланта. Третье, что я бы пожелала, – кайфа от всего происходящего. Я знаю огромное количество профессиональных музыкантов, которые за огромной выслугой лет и труда теряют искорку от занятия любимым делом. Уникальны люди, которые смогли ее сохранить. До какого возраста возможны рост, прогресс, известность? Тина Тёрнер стала абсолютно мировой звездой в 45, хотя карьеру начала гораздо раньше. Эрику Клэптону сольная карьера принесла славу гораздо больше, чем его участие в молодой группе, хотя группа прекрасна, ее знает весь мир. Стинг стал более популярен в возрасте. Таких примеров можно привести много. Есть люди, которые умерли на сцене, есть люди, которые пели и работали концерты в 70 и 80 лет, и это не предел. К счастью, наша профессия велика тем, что в ней нет пенсии, и можно начать выступать практически в любом возрасте. Предела не существует, главное – это рвение и титанический труд, тогда на вершину успеха можно вскарабкаться в любом возрасте, и это большое счастье.

Фотографии предоставлены героем публикации.