Андрей Аксёнов

Актер Пензенского драматического театра, студент Мос ИТИ им. Кобзона

«Театр – это жизнь»: интервью с артистом Пензенского драмтеатра

---

Андрей, вы родились в Москве, но сейчас работаете в Пензенском драматическом театре. Как произошёл этот переход? Не было ли страха уезжать из столицы?

Здравствуйте. Вы знаете, это произошло случайно. В то время я только выпустился из института и искал практику. Поиск вернул меня обратно в институт, где был Сергей Казаков. В его заочном курсе понадобилась помощь из-за частого отсутствия одного из студентов. Тогда с недавно выпустившимися ребятами Сергей Владимирович делал спектакль по «Бедной невесте» Островского. Меня поставили на роль Беневоленского. Сергею Владимировичу тогда понравилось, как я работаю, а чуть позже поступило предложение переехать и служить в Пензенском драматическом театре. По правде говоря, мне, конечно, было страшно, потому что новый город, новые люди, вообще всё новое. Но практически каждый студент театрального сталкивается с одной и той же проблемой – нет работы, ты никому не нужен. Из первого театра я ушёл после двух месяцев службы, потому что там не было того, чего я искал. Мне очень хотелось служить в настоящем театре и по-настоящему. Поэтому я недолго думал и уехал, тем более до того, как вступил в труппу, уже был там, поэтому знал, что найду то, что ищу.

В вашей биографии упоминается, что желание стать актёром появилось после концерта Майкла Джексона. Как музыкальный перформанс вдохновил вас на театр?

Не столько актёром, сколько артистом. Он произвёл на меня огромное впечатление, и мне очень хотелось быть как он – творить невероятные вещи, вызывать трепет, эмоции, сделать что-то такое, чтобы человек не просто видел, но и чувствовал. Тогда мне было 9 лет. Я достаточно рано понял, кем хочу быть. Второго Майкла Джексона не будет никогда. Нужно было придумать форму сценического существования, и в итоге она привела меня в театр.

Вы играли в разных московских театрах, а теперь в Пензе. Как отличаются зрители, атмосфера, подход к постановкам?

Зритель в любом городе будет вам благодарен, если вы стараетесь хорошо делать свою работу на сцене. Не могу сказать, что атмосфера как-то отличается, хотя у меня есть знакомый, который говорил, что московский зритель более избалован. Лично я с этим мнением не согласен – избалованный зритель есть везде. И в Москве, и в Пензе люди, посетившие театр, были и благодарные, и не очень. А подход к постановкам, где бы ты ни был, всегда один – репетиции, терпение, выдох, вдох и ещё раз репетиции.

Среди ваших ролей – и классика (Ленский, Плюшкин), и детские спектакли (Пёс из «Бременских музыкантов»). Какие роли вам ближе: драматические или комедийные?

Не могу дать однозначного ответа на этот вопрос. Роль – это частица спектакля, и абсолютно любая постановка, будь она лёгкой или тяжёлой, необходима. Мне ближе поиск новых граней в своих ролях, как в серьёзных, так и в комедийных работах.

В спектакле «Без срока давности» вы играете мужскую роль на основе стихов и песен времён ВОВ и СВО. Как вы работаете с таким эмоционально тяжёлым материалом?

Материал действительно тяжёлый. Особенно когда осознаёшь, что какие-то вещи повторяются. В детстве я успел поговорить и познакомиться со своим прадедушкой – он был ветераном ВОВ. Каждое 9 мая мы собирались, чтобы отпраздновать День Победы. И практически каждый тост начинался с того, чтобы не было войны. Война – это страшно. Время тогда было страшное, но мы смогли выстоять, потому что были все вместе. Как и сейчас должны быть вместе. В общем, сложно объяснить в двух словах, но я очень старался!

Вы выпустили рэп-альбом «Таганский Гамлет» под псевдонимом Веzакs. Как музыка связана с вашей актёрской профессией?

Альбом очень сильно переплетается с моим пониманием реалий актёрской профессии, именно неприятных, которые я тогда для себя открыл. Альбом достаточно личный. В то время я очень злился и на себя, и на окружающий мир в целом. Также вместе с Сергеем Владимировичем играем в группе под названием «Отец и Сын». Группа состояла из двух человек, но с моим приходом в театр Сергей Владимирович пригласил меня туда играть. Мои любимые песни оттуда, особенно по звучанию – «Прокрустово ложе» и «АвтоВАЗ».

В рэпе вы обращаетесь к образу Гамлета – это отсылка к театру или личное переосмысление шекспировского героя?

К театру, безусловно. В этом названии кроется самоирония над завышенными ожиданиями в профессии, жизни, юношеским максимализмом и самим собой. Как я уже говорил – альбом был для меня достаточно серьёзным.

Вы занимались спортивно-эстрадными танцами. Помогает ли хореографический опыт в актёрской работе?

Ну, это просто как работа над координацией и телесной памятью. Конечно, это помогает.

В вашем репертуаре есть и мюзиклы («Бременские музыканты»). Планируете ли развиваться в музыкальном театре или хотите сосредоточиться на драме?

Любая театральная работа, задача мне интересна. Я всегда был и остаюсь открыт для новых форм сценического существования.

Вы учились в ИТИ имени Кобзона у Даниила Спиваковского. Какой самый ценный совет от мастера вы запомнили?

Работать с самоотдачей и не жалеть себя на репетициях, а на спектаклях тем более. Он ненавидел халтуру и кричал на нас, если мы ленились. Он просил выходить за пределы наших энергетических возможностей, и я стараюсь придерживаться этого.

В соцсетях вы иногда публикуете философские размышления. Актерство для вас – это способ самопознания или просто профессия?

Актёрство для меня и то, и другое. Я стараюсь не превращать своё дело внутри себя в ремесло, потому что мне всегда хотелось жизни внутри – для любого актёра это очень важно. Я люблю свою профессию и хочу любить её дальше. Конец энергии, как пороха в бочке, закономерен и неизбежен, но я хочу, чтобы меня хватило на гораздо больший срок.

В одном из интервью вы сказали, что театр должен «цеплять» зрителя. Какой спектакль или роль стали для вас таким откровением?

Я был ещё студентом. В Театре на Малой Бронной, очень давно, я смотрел спектакль под названием «Бэтмен против Брежнева». Честно, не помню, кто поставил, ни драматурга, ни режиссёра, но впечатления он оставил у меня большие. Уже название зацепило меня с первых секунд. Я наткнулся на его афишу в интернете, посмеялся про себя, восприняв это как мем. И пошёл посмотреть, как это у нас называется, по приколу. В итоге спектакль тронул меня не только названием, но и искромётным юмором, иронией, необычными для меня тогда сценическими и режиссёрскими решениями – тронул всем. Это как метафора с конфетой – где-то обёртка красивая, а внутри не очень, а где-то простая, смешная, но содержимое удивительное и очень вкусное.

Вы играли в Крыму, Москве, теперь в Пензе. Есть ли город или сцена, где вам особенно комфортно?

Мне на всех площадках комфортно, честное слово.

Кого из современных режиссёров или драматургов вам хотелось бы поработать?

У меня не было ещё таких моментов, когда я бы однозначно знал, что хочу работать именно с этим режиссёром или драматургом. Есть интересные драматурги – Житковский, Тупикина. Знаком с их работами, так как в нашем театре идут два спектакля по мотивам их пьес.

Если бы вам предложили сыграть любого персонажа в истории театра и кино – кого бы выбрали и почему?

Я бы сыграл Юджина Смита из фильма «Великий» (Миномата). Я даже бороду сейчас ношу, потому что чувствую, что стал старше. В спектакле «Евгений Онегин» сейчас я играю роль Ленского, но чувствую, что стал отдаляться от этого внутреннего состояния. Наверное, на фоне внутренних рассуждений о времени я говорю сейчас про эту роль в кино.

Фотографии предоставлены героем публикации.