Анастасия Солари

«Цель артиста — реализовать потенциал»: откровенный диалог с создательницей AvanТеатра

Анастасия Солари — молодая, но уже состоявшаяся актриса театра и кино, выпускница РГИСИ, создавшая собственный проект «AvanТеатр». Она активно экспериментирует с иммерсивными форматами, работает в Музыкальном театре «Зазеркалье» и пробует себя в качестве фронтвумен, совмещая драматическую игру с музыкой. Анастасия не боится многозадачности, использует свои соцсети как творческую площадку и открыто говорит о профессиональных страхах и выгорании.

Анастасия, в 2023 году вы основали свой театральный проект «AvanТеатр». Мотивировало желание творческой свободы, необходимость рассказать истории, которые не вписывались в рамки других театров, или что-то ещё?

Мотивировало желание творческой свободы. Действительно, потому что я хотела и хочу реализовать свой творческий потенциал настолько, насколько это возможно. Это абсолютно адекватная, я считаю, абсолютно разумная мечта. Цель любого артиста, который что-то хочет от себя и от профессии.

Ваши спектакли — «Ожившая история Особняка Мясникова» и «В поисках Рождества» — проходят в особняке. Как пространство влияет на драматургию? Как вы превращаете стены, хранящие историю, в действующих лиц спектакля?

По поводу спектаклей в особняке Мясникова: пространство влияет первостепенно. Когда мы приступаем к той или иной истории или когда у нас рождается идея что-то сделать в особняке, мы прежде всего думаем о том, что это будет происходить в роскошном, помпезном пространстве, в неоклассическом стиле, который имеет свою историю и свои особенности. В этом смысле мы не можем этот факт игнорировать. Я не могу, например, поставить в особняке Мясникова спектакль про коммунальную квартиру, потому что мне кажется это странным. Отбросить тот факт, что мы находимся в очень красивом, отреставрированном историческом особняке, нельзя. Сама площадка особняка — это не театр: там нет подмостков, нет кулис, есть различные интерьеры, комнаты, концертный зал. Абстрагироваться от этого невозможно, поэтому все идеи, которые у нас рождаются касаемо особняка Мясникова, — это иммерсивные идеи. Мы предлагаем зрителям стать участниками действа.

В Малом театре кукол вы играете камерный концерт-монолог «Дина Верни, или элитная музыка для шпаны». Какие внутренние открытия вы сделали в процессе работы над образом?

Касаемо Дины Верни: прежде всего, это концерт-монолог. Я — единственное действующее лицо как артист (да, у нас есть ещё музыканты, но я — главный герой). И это моя первая такая работа. Самое важное открытие связано с удержанием внимания. Тот опыт, который я получила в процессе работы над образом, бесценен. Ты ощущаешь огромную ответственность перед зрителем за то, чтобы донести эту историю. Раньше удержание внимания представлялось мне очень суетливым процессом: я думала, что на сцене должна происходить какая-то движуха постоянно. Но для меня стало открытием, что нужно идти не от физических действий, а от внутреннего монолога. Зритель нам ничем не обязан, но мы как артисты обязаны привлечь и удержать его внимание так, чтобы у него не было возможности и желания заглянуть в телефон или отвлечься хоть на секунду. Ещё одно открытие: каждая минута должна быть наполнена содержанием.

Музыкальное сопровождение – важная часть этой истории. Как сотрудничество с Арсением и Владимиром Кирюхиными влияет на энергетику и драматургию проекта?

В спектакле «Дина Верни» мы используем песни из пластинки «Песни сибирских заключённых». Интересный факт: многие считают песню «Постой, паровоз» из советского кинофильма, а на самом деле это песня сибирских заключённых ГУЛАГа. Музыкальное сопровождение — это не просто возможность передать атмосферу, это то, что помогает сделать историю целостной. Поэтому сотрудничество с Арсением и Владимиром Кирюхиными является неотъемлемой частью проекта.

Недавно вы стали фронтвумен уже известной музыкальной группы. Что для вас значит этот шаг и как он влияет на вашу сценическую свободу и уверенность?

Я не стала фронтвумен уже известной музыкальной группы — меня действительно пригласили поучаствовать в одном музыкальном проекте. Для меня этот шаг значит, что я начинаю бороться со своим синдромом самозванца. Когда я поступила в театральный институт, я никогда не стремилась заниматься музыкой профессионально и рассматривала пение как навык для драматической актрисы. Но когда судьба кинула меня в музыкальный мир, я очень долго чувствовала себя не в своей тарелке, с ощущением: «я драматическая актриса, а вы пойте». В какой-то момент я решила, что хватит этому сопротивляться. В искусстве нельзя чирикать: либо пой, либо молчи. И для меня эта установка сейчас наиболее значима. Нужно позволить себе почувствовать себя наравне с другими музыкантами.

Вы не только артистка, но и популярный блогер. Как соцсети помогают вам в профессии и были ли случаи, когда аудитория вдохновляла на новые творческие решения?

Ну, я не популярный блогер, я веду свои соцсети. Во-первых, это исполнение детской мечты. Во-вторых, обретение уверенности и избавление от страха быть разной. И в-третьих, это возможность реализации творческой свободы.

Нередко вы находитесь по обе стороны рампы. Когда вы пишете сценарий и ставите его, не возникает конфликта между тем, что написано, и тем, как это хочется сыграть?

Конфликта у меня пока не возникает. Когда я пишу сценарий, я сразу представляю и проигрываю в голове, как это можно сделать по-актёрски. Иногда наступает момент разочарования, потому что я представляю, как круто это можно сыграть, а потом приходит артист — и у него ничего не получается. Ты понимаешь, что другой актёр сыграет это иначе, у него другая природа. Поэтому мы пытаемся найти тот вариант, который поможет реализовать замысел так, чтобы артист чувствовал себя комфортно.

Вы занимаетесь спортом – баскетболом, бадминтоном, бегом… Спорт требует дисциплины и выносливости. Как физические нагрузки помогают выдерживать многочасовые репетиции и спектакли? Это способ «выключить» голову или, наоборот, настроиться?

Я на постоянной основе не занимаюсь ни баскетболом, ни бадминтоном. Но физические нагрузки невероятно важны для артистов. Мы выходим на сцену и должны за своим внешним видом очень сильно следить. Если артист будет физически изнурён, ему будет сложнее работать, продуктивность репетиций снизится. Спорт для артиста — это инструмент самосовершенствования длиною в жизнь.

Знание английского и итальянского — это бонус для карьеры или жизненная необходимость? Помогает ли понимание структуры языка лучше чувствовать мелодику русской речи?

Это и то и другое. Знание языков даёт возможность участвовать не только в русскоязычных проектах. Когда я стала глубоко изучать английский, меня это натолкнуло на мысль о разнице менталитетов. Помогает ли понимание структуры языка лучше чувствовать мелодику русской речи? Нет. Мы — носители языка, это наш код ДНК.

Режиссура, игра в театре, съёмки в кино, спорт, музыка… Где вы черпаете энергию? Бывает ли у вас чувство выгорания от такой многозадачности?

Я черпаю энергию во всём. Мне повезло заниматься любимым делом. Также я черпаю энергию просто в самой жизни: видеться с друзьями, узнавать новое. Мне помогает моё СДВГ (синдром дефицита внимания). Я поняла: если ты поймёшь, что это может быть твоей суперсилой, — берегитесь! Это помогает держать фокус на многих задачах сразу. Бывает ли выгорание? Да, конечно! Особенно после глобальных премьер я ощущаю себя в дофаминовой яме: хочу просто полежать и помолчать.

Какой главный совет вы бы дали себе 18-летней, только поступающей в РГИСИ?

Я бы дала совет быть к себе более требовательной, но менее критикующей. Продолжать гнуть свою линию и бесконечно делать то, что ты считаешь нужным. И не бояться заводить знакомства — обзавестись как можно большим количеством знакомств за время обучения, потому что жизнь длинная.

Фотографии предоставлены героем публикации.